Проклятая герцогиня

С моих рук начала стекать сила, впитываясь в ее кожу, при этом словно обжигая, она трансформировалась и теперь была против своей хозяйки. Брюнетка начала попискивать и даже попыталась оттолкнуть меня, но я стояла прочной стеной, ничто не могло меня сейчас сдвинуть с места.

И продолжая сжимать ее голову, я высвобождала, делилась своим смертельным даром, так беспечно отданным мне. Кожа ведьмы начала чернеть, а попытки освободиться ослабевали, она смирилась, глаза уже почти неподвижные все еще выражали ужас и, кажется, боль, но Даниэль больше не шевелилась, сидела словно парализованная, полностью прогнувшаяся под моей волей.

Следующие ощущения меня выдернули из всепоглощающего мрака, совершенно черная фигура передо мной, начала осыпаться, я больше не чувствовала в руках живого тепла, остался лишь пепел. В центре которого вместе с одеждой лежали красные серьги, которые я тут же подняла. А отойдя и осмотрев себя, насколько это было возможно, я заметила темные линии, что все еще присутствовали на моем теле, но уже не такие яркие и переведя взор на купол, поняла, что он отсутствует, а на меня смотрят две пары испуганных глаз.

***

Мы все еще находились в хижине. Вирн, пришедший в себя, негатива к нам не имел, его волю подавили и блуждающие черные змейки, что я заметила, были тому подтверждением, но сейчас развеялись. И он судорожно листал книгу, в поисках заклинания, что сможет избавить меня от остатков тьмы. К моему счастью, нашу связь с Сэмом ведьма разрушить не успела, а это означало, что одной проблемой меньше.

— Вирн, а где ты учился разбирать все эти руны, — ткнула я пальцем в одну из страниц книги.

— А это и есть мой дар, в большей части совершенно бесполезный, по этой причине я не оканчивал академию магии, но в данном вопросе он нам может помочь. Я читаю любые языки, словно всегда сам говорил на них, — пояснил нам граф, причем с явным удовольствием, что может быть чем-то полезен.

— А ты правда не любишь мою сестру и лишь из необходимости женился на ней? — осторожно поинтересовалась я, переживая за родственницу.

— Не правда, я очень ее люблю, и может даже хорошо, что так случилось иначе я бы ее никогда не встретил, — успокоил меня граф легкой улыбкой и тут же вернулся к работе.

От этой новости я засветилась, все же мои сестры меня волновали, и пусть не сразу нам удалось помириться, но уже сейчас я знала, что все будет хорошо и мы будем добрыми друзьями.