Окрылённая неудачей

— О, и ищейка тут как тут! Опять пришел вынюхивать?

Ада уже собиралась идти к клетке, но ее порыв остановил подоспевший Каспар. Не обратив никакого внимания на слова пленника, он заботливо протянул Аде белоснежный накрахмаленный платок, от которого исходил аромат цветочных духов.

— Пожалуйста, возьми! А то здесь дышать нечем, — гнусаво пояснил мужчина. Сам он закрыл рот и нос углом зеленой накидки, лежавшей на его широких плечах, стремясь спастись от пыли и духоты. Ада взяла платок и рассеянно смяла его в ладони.

Она бы оценила джентльменский жест своего спутника, если бы в тот момент ее мысли не были заняты пленником.

Ада рванула вниз по ступенькам. Внезапно ноги в мягких туфельках что-то обожгло, и удушливая волна жара захлестнула девушку.

— Стой! — в один голос заорали Каспар и Драгош, и Ада послушно замерла на месте. Она не сразу поняла, куда наступила. На полу под ногами темнела толстая узорчатая решетка с кольцом посередине, она закрывала круглое отверстие в полу. Девушка мельком взглянула вниз, и у нее закружилась голова.

Из непроницаемой глубины поднималось тусклое оранжевое свечение, словно там в гигантском мангале тлели огромные угли.

— Осторожно! Мы же в сердце вулкана… — с беспокойством произнес Каспар, который уже спустился вниз. Он отодвинул Аду в сторону и обратился к тюремному надзирателю, подоспевшему следом с двумя стражниками: — Закройте этот люк! Это же опасно.

— Не бойтесь, господин Гогенштайн! — успокоил его надзиратель. — Все схвачено! Если этот мерзавец Змей станет проявлять агрессию, то мы его р-р-раз! — и в лаву скинем.

Очень продуманная система, как вы считаете?

— Тебе бы не помешало скинуть в лаву немного гонора! — подал голос Драгош. — Глядишь, тогда начнешь обращаться с благородными узниками достойным образом! Ко мне пришла гостья, и где прикажешь ее принимать? В этой дыре даже стула нет! Тоже мне, начальник кротовой норы!

— Что ты там прошипел?! — вспылил надзиратель, и Ада заметила, что в руке он держал плеть. — Такому, как ты, самое место в норе, гаденыш!

— А ты, комендант груды жалких камней! — Драгош обратил свое язвительное внимание на Каспара.

— Целый год гонялся за мной, а теперь наглядеться не можешь? Что, влюбился?

— Придержи свой змеиный язык! — надзиратель заиграл плетью, но Каспар остановил его и ответил на наезд разбойника с ледяным достоинством:

— Теперь, когда ты обезврежен, я наконец доберусь до твоей ненаглядной деревни. И тогда они признают власть Империи.