Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Разгневанный Федор, чьи щеки окрашивало то в насыщенно алый, то в болотно-лиловый цвета, метал глазами молнии, удерживая за воротник насупившегося и такого же возмущенного Тимофея, в чьих руках школьный рюкзак, украшенный пластиковыми значками с героями комиксом, казался попросту огромным.

Киссия увидела, что во второй руке пылающего праведным гневом отца висит тоже рюкзак. Но другой, не коричневый, как у сына, а светло-зеленый, с ярко-оранжевыми молниями и принтом на фронтальной части. Ведьма скосила глаза, роясь в собственной памяти.

На зеленом рюкзаке, вроде, тоже был персонаж из комиксов. Или нет?

Благодаря светлом оттенку, на этом, втором изделии легко можно было заметить один очень серьезный, непременно относящийся к причине их появления на ее пороге дефект. На боковой стенке салатового рюкзака были бурые, запеченные пятна материала и дыры, сквозь которые можно было разглядеть пустое нутро.

Тут явно поработал огонь.

Киссия вздохнула, без слов отступила от двери, пропуская отца и сына внутрь.

Они остановились в прихожей. Тимофей дернулся было в сторону, пытаясь избежать прикосновений отца, но Федор с неожиданным упорством держал мальчишку за ворот бежевой куртки, из-под которой проглядывала белая рубашка. Лицо паренька хмурилось все больше и больше с каждой секундой.

— Вы нашли учителя для моего мальчика? — спросил Федор на пороге, удерживая ерепенящегося ребенка и сводя челюсть.

Киссия присвистнула бы, да не в ее это привычке. «С места в карьер — хорошо». Она долго думала над словами бабушки, над ее предложением и над ситуацией, в которую попала эта семья.

И пришла лишь к одному выводу — она не готова стать чьим-то ментором. Она не может, да и не хочет, впускать кого-то в свою жизнь. Сейчас — нет. Но все же, что-то в разворачивающейся перед ее взором картине заставило повременить с ответом, переключив свое внимание на другие детали.

— Что случилось и чем обусловлен ваш внезапный визит? — спросила она, переводя равнодушно-пристальный взгляд с лица мужчины на мальчика, который усиленно отводил глаза в сторону, продолжая краснеть, как весенний цветок.

— Тимофей только что поджег рюкзак своего одноклассника. Без рук. Пока тот отвернулся.

— Оу.

Дыхание Киссии сбилось. Вдох застрял в горле. Она неосознанно отступила от мальчика, с недоверием глядя на его обиженно-пристыженное лицо и руки, сжимающиеся в кулачки. Он по-прежнему не поднимал голову и не смотрел на ведьму, хотя обычно все же предпочитал идти на контакт.