Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Сама догадаешься, — отвечает беглец, не спеша оставлять в покое фигурку, — И я надеюсь, когда ты узнаешь, я не увижу на своем пороге Часовых.

Кассандра хмыкает, оглядывая его с ног до головы, подмечая новую чистую одежду без единой складки и грамма пыли. Где бы он ни был, ему там неплохо живется. Есть кров и цивилизация.

— И почему же ты не побоялся прийти ко мне сейчас? — Кассандра наклоняется вперед, складывая руки перед собой и упирая подбородок в сцепленные ладони.

Он пожимает плечами.

— Чтобы выдать твое пособничество в моем побеге?

Кассандра не ведет и бровью на неуместную шутку.

Она скрещивает ноги под столом, закидывая одну на другую, и откидывается на спинку высокого кресла.

— Поразительно, — ее голос все такой же ровный, но она постаралась добавить в него колотого льда, — Как тебе вообще в голову пришло наносить мне визит после того, что ты сделал с моей внучкой.

Она внимательно смотрит, ожидая увидеть хоть какую-то реакцию. Его лицо не выражает ничего, оставаясь хорошей маской из равнодушия.

Кассандра поднимает бровь, делая вывод.

— Это вышло из-под контроля. Но я остановил Назара, — отвечает он ровно, спокойно, без тени вины или сожаления, словно заранее заученную фразу. Но следующие слова звучат более естественно, — Ты ведь не придумала, как вернуть ее силу, верно?

Зубы Кассандры скрипят. Эта тема слишком больная, чтобы обсуждать ее с ним.

— Ты слишком хорошо осведомлен для беглеца, — говорит она, нащупывая запрятанные под столом склянки с защитными зельями.

Он не владеет сейчас Темной магией, и все же — его сила старше, и по-прежнему необъяснима.

— Я могу помочь Киссии, — говорит колдун, не замечая ее попыток обезопасить себя. Кассандра поднимает брови, ничуть не удивленная. Она ждала, что он придет за ней, — Только позволь ей уйти со мной.

Ярость, ничем не обоснованная, рвется со дна души. «Он не заберет ее».

— С тебя хватит одной Оромори, — пренебрежительно, не выдавая своего внутреннего гнева, кидает Кассандра, — С Киссией я разберусь сама.

Фигурка в его руках замирает.

Он глядит прямо на ведьму, и в его зеленых глазах плещется недовольство. Амулет возвращается на полку, а голова колдуна склоняется набок, изучая Главу Рода, который виновен в его заточении. Уголок рта снова изгибается.

— Я подожду, — говорит он, поворачиваясь к ведьме спиной, — Пока ты передумаешь. Только помни, я не так терпелив, как прежде.

Бальзамо Кадуцеус, не боясь нападения со спины, движется к двери для посетителей.

Кассандра встает из-за стола.