Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Ведь после всего, что они с Кассандрой и Заром заставили ее испытать, ведьма нуждается в поддержке и, не меньше, в дружеском понимании. Но осознание того, что его место может занять другой, что кто-то заставит ее испытывать такие же чувства, как прежде к Бальзамо, неожиданно злило.

Он тряхнул головой.

Им осталось воплотить в реальность последние этапы плана, и все разрешится. Киссия сама придет к нему, и тогда у Бальзамо появится много, очень много времени, чтобы искупить свою вину.

Чернокнижник вздохнул.

Перспективы не радовали.

Он добрел до пещеры и вновь склонился над озером, на дне которого лежало решение всех его проблем. Иногда ему казалось, что достать Книгу Высших со дна будет легче, чем вернуть то, что было между ним и Киссией в старом доме Оромори.

И во многом был прав.

Глава 15. Часть 1.

— Готова? — спросил Аркан, стоя на пороге фамильного дома Оромори в длинном шерстяном пальто и классических ботинках.

Она еще раз оглядела себя в зеркало, закрепленное на дверце шкафа: собранные в пучок темные кудри, неброский макияж, куртка цвета спелой сливы с нашитыми сверху карманами, под которой — черное платье на запах. На ногах любимые ботинки с массивной толстой подошвой. Аркан сказал, что они не должны выделяться среди остальных студентов, и потому она взяла в руки шапку и шарф.

— Да, — ответила Киссия, подходя ближе к двери.

Сегодня ее первый учебный день в этом году, и плевать, что уже середина октября, ведьма ощущала волнение, отзывавшееся щекоткой в районе груди, когда проверяла защитные кольца, заколдованные бабушкой специально для этого момента. Еще пара минут, и они с Арканом пройдут через входную дверь дома Оромори, а выйдут в неприметной кладовой холла института, заранее подготовленного Часовыми для перемещения Киссии.

И жизнь хоть немного, но вернется в прежнее русло.

Киссия растянула губы в ухмылке. Она пообещала себе, что сегодня все изменится. А причиной тому был сон.

Три ночи назад Киссия увидела в сновидении Када, и это оставило неизгладимый след на ее душе. В ту ночь, проснувшись в холодном поту, ведьма проплакала без остановки два часа, сжимая в руке уголок подушки и сотрясаясь в рыданиях, сковавших спазмом грудную клетку.