Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Ученик слушает очень внимательно. Киссия наклоняется к нему.

— Но знаешь, что, Тимофей? — спрашивает она, прищурившись. Мальчик качает головой, — Мне твое имя нравится. В будущем подумай хорошо, прежде чем решить, будешь ли менять его. Договорились?

Под ее пристальным взглядом Тимофей сглатывает и медленно кивает, округлив глаза.

— Ты можешь быть такой страшной, — делится он, съезжая вниз по спинке стула.

Киссия усмехается.

— Ты еще не видел учителей в Арцеве. Дети всех двенадцати ковенов обучаются в ней контролю над магией, зельям, травничеству и всему, что пригодится тебе в будущем.

Она закинула удочку и стала ждать. Предсказуемо, рыбка по имени Тимофей проигнорировала приманку как нечто малопривлекательное. Мальчик поморщился.

— Я говорил, отец не отпустит меня, — заявляет уверенно, даже не раздумывая, — Мы будем держаться вместе. Да и я не хочу быть... в толпе сверстников.

Он закончил на одной ноте и не меняясь в лице. Но Киссию этим было не обмануть.

Поправив выбившуюся из собранного на затылке пучка прядь волос, девушка вспомнила о том, что припасла для своего ученика небольшой подарок. Она встала и прошла к комоду с ингредиентами для зелий. На нем лежал самодельный браслет — серебряный медальон, скрепленный с двух сторон жгутом. Разномастные узлы делали веревку объемной и более крепкой.

— Протяни руку, — вместо напрашивающегося вопроса о сверстниках попросила Киссия.

Мальчик сверкнул на нее удивленно глазами, но послушно выполнил просьбу.

Ведьма надела браслет на тонкую руку. На его немой вопрос она заговорщически ответила:

— Это от тех мальчишек в школе. Только не говори отцу, — и подмигнула. Лунный диск на серебряном медальоне был вырезан рукой девушки в тишине мастерской, а вот наложить безобидную, но неприятную магию, пришлось попросить Аркана.

Возмущенно-неодобрительный взгляд помощника бабушки намекал на то, что именно он думает по поводу ее способностей учителя для юного колдуна.

Тимофей застыл на месте, глядя на амулет. А после обхватил запястье второй рукой, словно пряча ото всех. И пробормотал — так тихо, что Киссия едва разобрала.

— Спасибо.

Киссия хмыкнула, отпив остывший какао из кружки.