Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Кассандра закусывает губу, опираясь на стол локтями. О дорогущей ткани белоснежной сорочки она, очевидно, думает в самый последний момент. Темные глаза медленно моргают.

— У меня есть еще пара вопросов, которые мы должны обсудить. Во-первых, — говорит Достопочтенная тихо, — Твое возвращение в институт одобрено Верховной. Можешь приступить к занятиям на следующей неделе.

Брови Киссии взметаются вверх. Резкая смена разговора сбивает с толку, но новость, озвученная Достопочтенной, заставляет недоуменно подобраться на стуле.

— Значит, теперь я могу выходить из дома? На улицу? — торопливо спрашивает девушка, недоверчиво склоняя голову вбок.

Не может быть, чтобы Ковен так просто отказался от своего решения держать ее взаперти, как особо ценную статуэтку прячут в хранилище от воров. Бабушка подтверждает ее догадки, качая головой.

— Нет. К нашей радости, Аркан также заинтересовался наукой скоротечных и будет сопровождать тебя на занятиях. Путешествовать в здание института вы будете также вместе.

Киссия саркастично фыркает, не удержав порыва. Ну конечно, куда же она без провожатых. Может, бабушке следует просто усыновить Аркана, чтобы он наконец стал членом семьи? Или в действиях Кассандры кроется другой намек? Она не имеет ничего против молчаливого в большинстве своем присутствия этого парня, но всему должен быть предел. Неужели Аркан будет слоняться за ней по коридорам института и сидеть за одной партой, подобно неусыпной няньке? Какой позор.

— Не ерепенься, — осекает сереброволосая ведьма, метая проницательный взгляд на девушку. И попадает в цель, — Второй пункт, который нам необходимо обсудить, включает в себя твоего юного воспитанника.

Киссия внутренне подбирается.

— Что именно? — шипит она сквозь зубы.

Визит, который имел своей целью анализ видения о Каде и разворачивание активных мероприятий по его поиску, обрел совершенно другой оборот.

А то, что рассудительная, выстроенная по пунктам речь является указаниями, а не вопросами для обсуждения, сомнений не вызывает.

— Грядет Бал в честь Велесовой ночи, — с нажимом говорит бабушка.

И отвлекается, наконец, от своих супер-важных бумаг.

Киссия на стуле уныло вздыхает под неодобрительным взглядом темных глаз.

— Этот Бал не случайно проводится в последнюю ночь октября.