Тайна дома Гленнон-Хайтс

Вместо этого Джейни сказала:

– Нет, мы не слишком богаты. Отец – консультант, так что он может работать откуда угодно. А мама – медсестра. Не то чтобы мы еле сводили концы с концами, но в нашем старом доме мы с Люси жили в одной комнате. А теперь у нее есть башня, а у меня – этот шкаф.

– Но так не делают ни с того ни с сего. Может, они выиграли в лотерею и просто не стали тебе говорить, чтобы не разрушать твои представления о мире?

Мне не хотелось думать, что Джейни говорит неправду, но в этой истории не сходились концы с концами.

– Никто из ваших близких случайно не умирал в последнее время? – предположила я. – Может, это наследство? Или, может, твоя мама ухаживала за какой-нибудь богатой, но одинокой пациенткой, и…

– Похоже, в этом городе все только о деньгах и думают.

Конечно, я совершенно не хотела, чтобы Джейни так считала. Просто все это было очень загадочно. Но потом я словно отступила на шаг и посмотрела на все с точки зрения Джейни, и мне вдруг стало стыдно.

– Мы не… На самом деле это не так уж важно. Просто мне стало любопытно, и я подумала, что лучше спросить.

Джейни на секунду отвернулась и закусила губу, как будто собиралась еще что-то сказать. Но потом кивнула:

– Это правда. Мне нравится прямота. Но, Оливия, если кому-то еще интересно, тут нет никакой загадки. Моя мама влюбилась в этот дом. Она много делает для нас, и мы бы не стали вставать между ней и тем, что сделает ее счастливой.

Я не хотела еще больше расстраивать Джейни и поэтому не спросила, кто мог бы встать между ее мамой и домом на Олкотт, 16. Конечно, все это по-прежнему выглядело странно, но, с другой стороны, это не мое дело. Я попробовала вернуться к тому обмену шутками, который происходил между нами несколько минут назад:

– Значит, на чердачный бассейн бюджета не хватит?

Джейни благодарно улыбнулась и бросила диванную подушку с орнаментом в мою сторону:

– У меня есть еще четыре года на то, чтобы обустроить свою комнату именно так, как мне нравится.

Я почувствовала облегчение, что нам удалось отделаться от напряжения, которое возникло после моего вторжения в личные дела Донахью, поэтому и не думала настаивать на том, чтобы позвать Кайю и Брук.