Ветра Унтара

каравай хлеба, испеченный за тридевять земель, на Молочном Хуторе.

Выходит, Эрик спас нас от голода, ведь, рассчитывая на Купеческую Гавань, мы не удосужились позаботиться о провизии.

— Это еще откуда? — очнулся Эмиль, уставившись на хлеб и сыр.

— Оттуда! — махнул на север его брат.

— Свистнул?

— Купил! — не моргнув глазом, соврал Эрик.

Эмиль еще долго молчал, ковырял пальцем дымчатый мох на камне и жевал бутерброд. Решал, да сомневался, но когда заговорил, стало ясно, что майское солнце крепко напекло его вихрастый затылок.

— Мы пойдем к Вечной Горе! — твердо сказал он.

— Фу-у! — Ив чуть не подавилась сыром. — Да ты, похоже, рехнулся, Эм?! Никто не смеет приближаться к ней, никто — ясно?

Эмиль не слушал. Он откинулся назад, разложил на камне угловатые плечи, но курить не стал.

— Придется послушаться Итту и поверить ее дару, — без тени иронии начал он. — Мы здесь не зря! Есть вероятность, что в этих ветрах заключены древние силы, но в таком случае их источник здесь, в Горах! Где же ему еще быть? Если мы уйдем отсюда, то никогда не разберемся, что за ветра, опасные ветра, свободно разгуливают по королевству!

— Но Горы.

— Может, ты и прав, братишка, — перебил Эрик. — Я что думаю... вдруг и Улен здесь... Кажется мне так, хоть я и не темная дева... — Эрик вопросительно посмотрел на меня.

Во мне боролись противоречивые мысли. Вечная Гора была так прекрасна, что я во что бы то ни стало хотела увидеть ее поближе, но дар, вернее его остатки, почему-то меня останавливал.

Вечная Гора молчала, завернула плечи в чистое небо, засияла ярче солнца, затомила сильнее моря...

— Согласна... — сказала я.

Кузнечики умолкли.

Мы идем к Вечной Горе! Все верно, Эмиля не проведешь! Ради этого рукастый ветер и принес нас сюда, на вершины Инкабара. А мы-то испугались и бросились к реке, потеряли уйму времени. Как все оказалось просто, как очевидно: только мы можем разгадать тайну ветров, и поэтому мы здесь.

— Идемте, — сказала я, — идемте скорее!

— Да вы с ума сошли, — растерянно проговорила Ив, она смотрела на Вечную Гору, ее глаза покраснели и длинные ресницы наполнились слезами.

Эмиль скинул ботинки.

— И не подумаю! — отрезал Эрик.

— А тебя никто и не спрашивает! Надевай!

— Не надену, я сказал! Идем, я уверен, мы найдем Улена.