Невеста Демона 2. Сердце пополам

— А помимо них в разных сочетаниях, есть еще одержимые чернокнижники, которые хотят посадить порабощенного высшего демона на вершину мира, — взывала я к совести Ледяного. — Так не лучше ли нам придерживаться плана, и помочь Князю с противоядием?

— С планом, говоришь? — отозвался Инг. — По плану он не должен был соваться к порталу чернокнижников. Но сунулся и проиграл! Едва выжил.

— Заткнись, — прорычал Соболь на Ледяного. — Когда я тебя слушал, только ждал и ждал. Я проиграл из-за тебя! Ты заставил меня действовать на свой страх и риск.

— Вот если бы победил, тогда диктовал бы условия, — отрезал Инг. — А пока ты умираешь и зависишь от нас, найдем мы противоядие или нет.

Я дрожала от страха, боясь сказать чего-то лишнего. Сейчас мы оба с Соболем зависели от Ледяного, и на месте демона, я бы его не злила.

— Николь, спустимся вниз, — приказал Инг, не сводя с Князя глаз. — Я поищу заклинания исцеления, а ты попрактикуешься.

Соболь предостерегающе зарычал.

— Почему я? — тихо переспросила я Ледяного.

— Потому что этот зверь никого кроме тебя не подпустит. Сейчас у него начнет мутиться сознание, и он каждого будет принимать за врага. Кроме тебя.

Инг выразительно на меня посмотрел. Я тяжело вздохнула, прекрасно понимая, о чем он хочет сказать.

— Потому что я его самка…

— Пара, — поправил меня Ледяной, но он, в отличие от меня, не знал, что демоны не встречают своих истинных. У демонов отобрали все. Душу, сердце и любовь.

***

Внизу я задержалась надолго. Инг помимо заклинаний, просил меня узнать подробности о силе демона.

— Не думаю, что он расскажет, — поделилась я. — То что ему смертельно опасно — убьет его. Зачем ему об этом рассказывать?

— Про когти дракона мы уже знаем, — напомнил Инг. — Так почему бы нам не подготовиться к другим последствиям?

Здесь нечего было возразить. Я покивала, запоминая вопросы Инга и выучивая заклинания.

— Попробуй на мне, потом иди к нему, — сказал он и неуловимым движением вспорол кожу у себя на запястье.

На коже проступили капли крови, а я в зародыше подавила приступ головокружения.

Если хочу спасти Соболя, не время раскисать.

Выписав в воздухе руну, я припечатала ее к ране на руке Инга и произнесла заклинание.

Ледяной поморщился, а на руке под засыхающей кровью образовался уродливый шрам вместо пореза.

— Грубо, — прокомментировал Инг. — Попробуй слова произносить четче.

И он второй раз без промедления вскрыл затянувшуюся рану.