Ее личный демон

Самим смертным удавалось путешествовать как угодно: хоть в Правь, хоть в Навь, но с единственным условием — вначале умереть. Некоторые умудрялись шляться туда-сюда, словно по своим землям, что раздражало, а порой веселило. Одних падчериц перебывало столько, что Кощею надоело их считать. Но как умереть бессмертному?

Казалось — все просто. Не можешь сам, кто-нибудь обязательно поможет. Всего-то дел: подкинуть какой-нибудь женщине зернышко с мирового древа или рыбу-золотое перо. Дураки рождались легко, не только простолюдины, но и царевичи.

Дураки на то и есть, что приходилось им помогать: то сам Кощей, обернувшись старичком, рассказывал, как к нему в царство проникнуть, то Ворона подсылал. Иногда иваны справлялись сами и доходили до Макоши-Яги. А дальше… один алатырь камень от входа оттащил, другой платок у бабки выкрал, третий взял клубок с нитью собственной судьбы и побежал по ней, пока та не иссякла. Где окончилась нить, там и жизнь людская закончилась, оказался дурак у границы царства загробного.

Искать ларчик со своей смертью Кощей не мешал, добывать искомое — помогал даже. В конце концов добился своего, да только не заладилось у него с возвращением к людям: первая жизнь, вторая, третья... Он и правил, и нищенствовал, бродил по дорогам неузнанным и сидел в тюрьме. Вскоре и сам себя забыл и, если бы не Ворон, так и скитался бы в мире смертных вечным пленником.

Завершилась чехарда воспоминаний, прислонился Кощей плечом к стволу, и Кира — тоже.

Кощей спал. И его Ворон — тоже, уже не умирающий, просто уставший. А она… Наверное, спала тоже.

…Солнце успело упасть почти к горизонту, от темного леса протянулась длинная тень, а на востоке виделись уже ясные крупные звезды.

— Пора домой, — сказал Влад и легко поднялся на ноги, протянул руку и, когда Кощей принял ее и встал, потребовал: — Но, если случится что, не оживляй больше.

— Держи карман шире! — мигом взъярился Кощей.

— Да ты не понял. Я бы так и так к тебе вернулся, — заявил тот.

— Птенцом, ну-ну… — с угрозой в голосе проговорил Кощей. — А мне тебя растить пришлось бы, терпеть всю мороку взросления.

— Но птенца я тебе уже напророчил, — не унимался Влад.

— И пусть, будет очередной Ивашка, сын вороний, — Кощей пожал плечами. — Надо только будет дочек наплодить про запас, а тебе узнать, как нынче люди к непорочному зачатию относятся.