Ее личный демон

Хотя… если маску напялишь, может за оперный фантом и сойдешь.

Сороко, конечно, вылезла из стены, перемещалась невероятно быстро и была неживой, но не являлась привидением — в том Кира не сомневалась. И нормальным — ох, кто бы ей сказал, что станет применять это слово в отношении упырей и функционирующих трупов! — мертвяком не являлась тоже. Нечисть — иначе и не назовешь. И, скорее всего, именно Киру она винит во всех своих злоключениях.

По спине прошла дрожь, стало невероятно холодно. Даже в глазах потемнело.

— На охоту пойдем? — поинтересовался Ворон. Голос до Киры донеся, будто из-под воды… нет, это она очутилась на дне, а Ворон принуждал вынырнуть.

— На… какую охоту? — кое-как промямлила она.

— Дикую!.. Но симпатичную, — произнес он, подражая интонациям известного мультипликационного персонажа и не позволяя Кире снова с головой нырнуть в недавний ужас.

Она хихикнула, испугалась, как бы то не оказалось признаком подступающей истерики, но… просто у Ворона получилось забавно и похоже.

— На кого охотиться будем? — спросила Кира, удивляясь и себе, и ему.

А удивление — панике не товарищ. Паника отключает способность думать, когда-как удивление ведет с собой любопытство и желание разобраться, а значит размышлять, подмечать детали и делать выводы.

— На мутантов, разумеется, — проговорил Ворон очаровательно-ехидно, но не переигрывая ни капли и, похоже, в этот раз никому не подражая (если и подражал, Кира не знала кому, а значит, не считается). — Раз банда маньяков и приведений здесь не причем, остаются всякие ужасы, вылезшие из канализации.

Она хмыкнула:

— Черепашки ниндзя?

— Оранжевые крокодилы. Их еще в Олимпиаду-80 туда случайно запустили. Впрочем, существует версия, что то была диверсия африканских нетоварищей, подзуживаемых гадкими американцами.

— А оранжевые-то почему?

— Гуаши объелись. Ну и… повеселее. В канализации ведь грязно, сыро, должен же иметься хоть один повод для радости.

Кира покачала головой. Страх убрался восвояси и больше о себе не напоминал.

— Это я сошла с ума или ты?

— Все мы здесь не в своем уме — и ты, и я, — процитировал Ворон. — А еще в канализации обитают крысы.

— Уж кого, а грызунов я точно не боюсь. Даже саблезубых.

— А земноводных?

Он перестал поддерживать ее за плечи очень вовремя: Кира уже достаточно пришла в себя и намеревалась сбросить чужие руки.

— Обожаю! В том числе жаб.

Он рассмеялся.

— Пауков?

— Симпатичные создания, — пожала плечами Кира.