Кровь ведьмы

У соседнего дома залился лаем один из псов и к нему сразу присоединились ещё два таких же голоса. Скрипнула дверь – хозяин, разбуженный лаем, вышел проверить, всё ли хорошо.

Мирон спешно потащил Власу в тень, после чего они прошмыгнули через узкую щель между домами и вышли к ограждению из брёвен, окружавшему деревню.

– Лаз здесь был, но его заделали, после того, как зверь Усладу из деревни уволок, – с досадой заключил Мирон. – Придётся здесь перелезать…

Он подсадил Власу, помогая ей перебраться на другую сторону, потом ловко перемахнул через ограждение сам.

Выбравшись из деревни, они быстро пошли по тропинке через поле. Холодный ветер выл в ночи, гоняя пыль по земле. Полумесяц молодой луны то и дело скрывался за тучами, изредка появляясь в небе.

– Вот же ни зги не видно, – проворчал Мирон, споткнувшись в темноте.

– Впереди ещё один камень на тропинке будет, – подсказала Власа. Она шла спокойно, наизусть зная каждую ямку или колдобинку на пути, и почти не смотрела под ноги. Её сейчас занимали совсем другие мысли.

– А что с наставницей? Её тоже судить будут? – с тревогой спросила Власа, переживая за Зарину.

– Нет, кузнец обещал не трогать. В деревне без знахарки всем туго придётся, – успокоил Мирон и добавил с сомнением: – Это только тебя народ боится. Знаешь, я всё спросить хочу…

Он внезапно остановился, вынудив Власу тоже встать посреди дороги.

– Это то самое чудище ночью к тебе в дом ломилось? Ну, когда дверь вся когтями изодрана была. Не медведь же был, – высказал свои мысли Мирон, напряжённо сверля Власу взглядом.

– Может и то чудище. Что с того? – не стала юлить Власа, хотя от взгляда Мирона ей сделалось не по себе. – Чудовище за всеми охотится, и за мной тоже. Но я его не натравливала на деревню. Я никому из людей не желала зла.

О том, что Черномар на самом деле пришёл сюда по её душу, Власа решила умолчать. Всё равно она уже ничего с этим поделать не может, а Мирон не известно, что подумает. Не хватало ещё, чтобы он тоже ополчился на Власу, как и все остальные…

– Да я не виню тебя, просто странно как-то… Особенно, когда Усладу, – задумался Мирон.

– Я не желала ей смерти, и до Ярика мне уже дела нет. Было и было. Прошло, – с горечью бросила Власа. Она и правда не желала дурного Усладе, хотя и не простила ещё Ярика за предательство, не отпустила до конца… Пусть и не ранило это её как раньше, а всё равно тяжко на душе стало.

– Это я и хотел узнать. Я верю тебе, – кивнул Мирон, успокоившись, и они двинулись дальше.