Кровь ведьмы

Она много лет считала сына кузнеца своим другом, до тех пор, пока не поняла – что любит его. Чувства оказались взаимны, но заявлять о них открыто, подводя дело к сватанию и свадебному обряду, они пока не решались и скрывали свои встречи от чужих глаз.

Ярик схватил около стены два пустых ведра и встретился взглядом с Власой. Пользуясь тем, что знахарка отвлеклась, он хитро улыбнулся ей, после чего указал взглядом на дверь.

Власа тоже улыбнулась и кивнула, поняв условный знак. Сердце ещё пуще заколотилось в груди от предвкушения.

Да и выдумал он всё, что его мать послала сюда, наверняка сам пришёл, чтобы увидеть Власу, тем более такой повод подвернулся.

Когда Ярик вышел из дома с вёдрами, Власа решила выждать несколько минут. К счастью ни знахарке, ни матери мальчика до неё не было дела – они поили больного отваром из ведьминых слёз и помощь им, похоже, не требовалась.

Пользуясь случаем, Власа незаметно выскользнула из дома и быстро пошла к колодцу. Там её уже ждал Ярик. Рядом с ним стояли два полных ведра – он не успел отнести их в дом, а может и вовсе не спешил.

Увидев Власу, сын кузнеца просиял и шагнул на встречу, заключив её в объятиях.

– Я уж боялся не увидеть тебя, думал, что беда случилось…

– Какая беда? – удивилась Власа, обнимая Ярика за шею и заглядывая в его тёмно-зелёные глаза.

– Едва рассвело, Зарина стала по всей деревне тебя искать. Даже в моё окно стучалась, думала, может ты у меня. Говорила, что не вернулась ночью из леса, – с беспокойством рассказал Ярик, ласково проведя кончиками пальцев по щеке Власы. – Зачем ты ходила в лес? Почему вовремя не вернулась?

– Я далеко ушла, засветло не успела, вот и пришлось ночевать в лесу, – виновато объяснила Власа, опустив взгляд. Она решила никому не рассказывать о том, что случилось на деле – всё равно не поверят, а то и вовсе посчитают, что разума лишилась.

– Разве можно одной ночью в лесу? – коснувшись подбородка Власы, он заставил её поднять глаза. Она увидела нахмуренные брови и осуждающий взгляд Ярика. Он всегда был против какого-либо безрассудства.

И всё же, Ярик не на шутку волновался из-за неё. Значит, и вправду была дорога. Эта мысль согрела сердце Власы.