Плоцкие буренки (Черновик)

Неужели все взаправду?

Румар моргнул несколько раз, но ничего не происходило, картинка не менялась – не мерещится. Он боялся пошевелиться. Может, граф забудет о его существовании?

– Пошел прочь! – внезапно рявкнул правитель, и Румар тут же спрыгнул с камня и быстрым шагом удалился прочь.

Можно сказать, Белый граф проявил акт милосердия. Или это временная отсрочка?Разговор этих двоих оставлял куда больше вопросов, чем ответов. Но сейчас – плевать. Нужно убираться из леса поскорее, в темноте уже ничего не видно!

Звонить отцу Румар не стал.

Выбравшись из низины, он набрал Дагмару. В новом телефоне барахлил звук.

– И где тебя носит, пропащая душонка? – съязвил друг.

– Слушай, забери меня. Выезжай прямо сейчас! Я выйду на окружную дорогу замка. Надеюсь. Если выйду, буду навстречу идти.

Друг вопросов не задавал и оборвал связь. Меньше слов, больше дела. Этим он нравился Румару как напарник на все случаи жизни.

Забавно, но его дружба с Дагмаром началась с ненависти и довольно жестокой драки. За Лиру.

Дагмар испытывал к ней чувства, а Румар ввязался в это скорее из любопытства.

Ему было плевать, победит он или нет, ему просто понравилось соперничать. Поэтому он и уступил девушку, когда одержал победу в драке. Перестал на нее претендовать, но взамен обрел лучшего друга. Впрочем, сама Лира оказалась к Дагмару равнодушна, но это уже не имело значения.

Румар свое слово сдержал и не трогал ни Лиру, ни Тамари, чтобы никого не обидеть.

Тоомаш вышел на какую-то тропу, ведущую наверх, к дороге. Обрадовался и зашагал быстрее.

Все обойдется? Хотелось бы.

Бывшее долгое время в напряжении тело стало ватным и непослушным, ноги болели. Тропа, усыпанная пожухлой листвой, уходила в синеющее небо. Румар поднял голову к вершине и заметил два силуэта на своем пути.

Они стояли и смотрели в его сторону.

«Кто это?».

Решив не показывать страха, Румар не остановился и продолжил идти незнакомцам навстречу. Когда между ними оставалось не больше десяти шагов, он смог разглядеть лица. Бледные, с красными зрачками, тлеющими в тенях глазниц.

Нехорошее предчувствие не заставило себя долго ждать.

– Добрейшего вечерочка! – невозмутимо улыбнулся им Румар и попытался пройти мимо. Кажется, нежить это ненадолго ошарашило.

– Ты чего тупишь, Боря? – спохватился один. – Ужин-то уходит!

– Так это... графская земля, граф запретил оставлять трупы в его угодьях. Может, не надо?

– Так епта, труп то можно утилизировать.

– А тебе охота этим заниматься? Мне вот лень.

– Да и мне тоже.