Бессердечное милосердие

Голос мой прозвучал громко, и Джунипер зашевелилась во сне, а Ови открыла свой единственный голубой глаз. Она взглянула на Тригва, на меня, а затем закрыла глаз.

Тригв глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Провел ладонью от моей шеи до затылка снизу вверх, приподнимая мне волосы от корней. И вдруг спросил:

– А помнишь тот день прошлой зимой, когда ты нашла меня в сугробе?

Пять

Впервые я увидела Тригва Лоута на окраине мертвой деревни, где он сидел в сугробе рядом с дохлой лошадью.

Каждый год то один городишко, то другой посещала снежная лихорадка, убивая людей и животных. Этой болезни непременно предшествовал обильный снегопад, и лишь немногие оставались в живых после ее ухода.

Люди шептали, что снежную лихорадку наводят на них Морские Ведьмы, но сделать ничего не могли, и все заканчивалось разговорами. В других местах они бы сожгли Ведьм, но не в Ворсленде.

Мы направлялись к городу Краген, поскольку служанка из постоялого двора на скрещении дорог рассказала нам о старом богатом вдовце, который несколько лет назад женился на молодой красивой девушке.

Теперь он тяжело болел уже не первый месяц. Мы собирались представиться прекрасной невесте и посмотреть, заглотит ли она наживку. Клиентов мы обычно сами не разыскивали, но зима выдалась особенно долгая и прибрала к рукам многих из тех, кто нуждался бы в нашей помощи.

Снег шел всю ночь, и мы продрогли до костей. Хотели передохнуть в таверне: наполнить желудки и отогреться.

Мы уже почти подошли к городку, когда Ови обронила:

– Что-то здесь не так.

Я кивнула.

– Слишком уж здесь тихо. Слишком спокойно.

Я замедлила шаг, остальные последовали моему примеру.

Но как мы ни медлили, вскоре достигли низкой каменной стены, окружающей хижины, и все четверо, не сговариваясь, остановились, оглядывая сугробы и гадая, куда направиться дальше.

Доррит была обычным городком: около дюжины хижин с крытыми соломой, изогнутыми крышами. Единственными пятнами цвета здесь были круглые деревянные щиты, служившие напоминанием о мертвых; такие щиты прибивают к стенам домов во всем Ворсе, и эти щиты были красными, голубыми, белыми, зелеными, черными.

Снегопад прекратился, а значит, снежная лихорадка ушла прочь. Но мы стояли в нерешительности, выискивая глазами в деревушке малейшие признаки жизни. И замечая мертвые тела.

У высокой простенькой статуи бога битв, Нора, скорчившись, на земле лежал юноша.