Обсидиановые близнецы

Он ненавидет расчетливых сук, которые согласны на все ради собственной выгоды и власти.

Фивка помахала ему рукой. Заорг раскрошил в пыль кору дерева под своей рукой. Заигрывает тварь. Сколько раз зазывала к себе, намекая на продолжение. Ну, что же. Заорг зло усмехнулся и ловко поднялся на ноги.

Магией вызвал ветви, которые складывались в живую дорогу, позволяя фивам перемещаться между постройками леса, и через несколько мгновений оказался рядом с женой начальника стражи.

— Господин, — поклонилась она, не забывая стрелять глазками.

Задушить ее хотелось за лицемерие. А ведь он влюбился когда-то в эту расчетливую тварь. Надеялся на новую жизнь, на семью. Она казалась такой невинной, настоящей, так искренне отвечала ему. А потом… сказала, что он — никто, что ей нужен муж, имеющий положение в клане, что выходит замуж за Лиера, а он появился в ее жизни о скуки.

Как хотелось удавить эту суку. Этрику пришлось постараться, чтобы удержать тогда в узде его безумие.

— Леди Розалия, — усмехнулся в ответ, отвечая на реверанс легким кивком и насмешливой улыбкой, — вы намекаете, что хотите моего общества или я ошибся?

Фивка разыграла смущение, но при этом стрельнула глазками и соблазнительно облизнула губы.

Сжал кулаки, едва сдерживая внутреннего зверя. Но внешне его гнев и разражение никак не отображались. Заорг давно научился надевать маску беспечного прожигателя жизни. Только близкие могли заметить по его глазам надвигающуюся бурю.

Молча подошел и, схватив девушку за предплечье, подтолкнул к дому.

— Давайте побеседуем в более интимной обстановке, — хмыкнул он.

Розалия не стала противиться. Провела его в пустой дом. Заорг не стал терять времени. Прижал ее к стене, как только за спиной закрылась дверь.

Розалия протестующее уперлась ладошками ему в грудь и испуганно распахнула глаза. Все наиграно. Женщину выдавало прерывистое дыхание. Не стал тратить время на ласки, задрал ей юбку, приподнял за задницу, заставив обхватить себя ногами.

— Что вы делаете? — попыталась возмутиться женщина.

А ему плевать было на все ее слова. Завлекала, зная, кто он и на что способен.

— То, что просила, — грубо рявкнул в ответ и, не обращая внимания на слабые протесты, без особых нежностей вошел в женское тело.

Розалия вскрикнула, но вместо того, чтобы оттолкнуть, вцепилась в его плечи и чуть запрокинула голову. Он брал женщину грубо, двигаясь быстро и резко. А она громко стонала и совсем не от боли.