Обсидиановые близнецы

А сейчас смотрела на этот пень и его слова: «Люди крайне ненадежные союзники, Маргаритка. Они постоянно это доказывают… Это мои личные счеты…» звучали совсем по-другому.

Тихо скрипнула дверь. Маргарита даже не повернулась. Своего илара она могла узнать по шагам и запаху. Даже не вздрогнула, когда его большие теплые ладони обхватили плечи и легко сжали.

— Ты не спала, — констатировал Киран и вздохнул.

— Нет, — согласилась Маргарита.

— Из-за фива этого? — недовольно проворчал мужчина.

Пришлось все ему рассказать, не упуская подробностей.

Кир удивил. Не стал устраивать сцен ревности. Только устало вздохнул и предложил скорее вернуться в замок.

В его руках тепло и уютно. И беспокойство, которое не отпускало с момента возвращение, медленно отпускало. Маргарита не могла понять его причину.

— Он дурил тебе голову, Марго, — прошептал Киран.

Маргарита усмехнулась, вспоминая, как Этрик отчаянно пытался зазвать ее за собой и как удивился, когда у него не вышло.

— Нет, не в фиве дело, — спокойно ответила мужчине. — Нужно усилить охрану самого южного нашего дворца.

— Он пытался тебя убить, а ты ему веришь, — недовольно буркнул Кир.

Его ладони сжали плечи чуть сильнее, выдавая волнение.

— На самом деле он просто потерял контроль. Мне это знакомо… не могу его обвинять.

Мужчина за ее спиной фыркнул и напрягся. Маргарита кожей чувствовала исходящее от него недовольство. Прекрасно знала, что Кир сейчас нахмурился, на лице заходили желваки. Ее илар сходит с ума от ревности, но сдерживается, так как потерял на нее всякое право.

— После всего, что он сделал, ты его защищаешь? — в голосе промелькнули нотки гнева.

— Нет, ни сколько. Но ты не можешь отрицать, что о дворце в Долине водопадов он не соврал.

— Боги, Марго, он — наш враг. Он нападал на наши поселения.

Но девушка только головой затрясла. Взгляд снова упал на ядовитые заросли на месте бывшего священного клена.

— Ты знаешь, я всегда могла выжечь этот ядовитый подлесок, — она указала рукой на растения, — но так этого и не сделала. Оставила как напоминание о нашей глупости. Я знала, что нельзя рубить это дерево. Оно звало на помощь, умирая. Этрик сказал, что люди крайне ненадежные союзники.