Как сбежать от дракона и открыть трактир

Этот скользкий мырш хотел, чтобы мы стали частью Радужного клана и работали только на него!

— Позволь уточнить. — Мария понялась и поставила чайник на плиту. Обернулась ко мне и спросила: — Я правильно поняла, твоего брата окрутила какая-то драконица, а ты считаешь виновным себя? Кстати, ей это удалось?

— Окрутила. — Я горько усмехнулся. — Какое верное слово! Риата была парой моего брата, и слишком поздно мы узнали, что она — дочь Виаррона. Всё дело в том, что глава Радужных обладает особенностью, которая отличает его от прочих драконов.

Он может иметь детей от разных женщин, не только от пары.

— Вот как, — протянула Мария. Она достала с полки какую-то банку, открыла её и задумчиво принюхалась к содержимому. — Тишка говорил о том, что у Виаррона много детей.

— Сколько, никто доподлинно не знает, — подтвердил я. Спросил как можно небрежнее: — А где, кстати, твой Тишка?

Странная сущность, принявшая обличье кота, не давала мне покоя. Кто он? Какова его роль в этой истории? По словам Марии, этот Тишка и перенёс нас с ней в моё убежище.

Как он это сделал? Ещё один вопрос, ответа на который не было, ведь этот дом до недавнего времени находился в Безвременье.

— Не знаю, — вздохнула Мария. Она достала ещё одну банку, заглянула внутрь и насыпала на ладонь сухую траву. — Он обещал вернуться и объяснить мне всё. Вот жду не дождусь. Скажи, а дети дракона всегда становятся драконами?

— Дети от нормальных драконов, насколько мне известно, всегда, — ответил я. — А вот в случае с детьми Виаррона это не так.

Может, это связано с тем, что от него рожают женщины, которые не являются его парами, не знаю. К примеру, Риата, пара моего брата, не драконица вовсе. Она не только не могла оборачиваться, но и магии толком не имела. Как мы выяснили очень скоро, у неё также не было никаких инстинктов, связанных с парностью.

— Объясни подробнее, — попросила Мария. Она выбрала несколько банок, насыпала в небольшой чайник по щепоти из каждой и залила всё это кипятком. В кухне запахло цветущим лугом.

— Дракон не может навредить своей паре, — сказал я. — Мы всегда защищаем и оберегаем пару, как и наших детей, они для нас — величайшие драгоценности. Риата же выполняла лишь приказы своего папочки. Она заставила и Шадрона служить ему. В результате от нашего клана ничего не осталось. Я последний из нашего рода.

— А что случилось с братом и его парой? — спросила Мария. Она поставила передо мной чашку, исходящую паром, и себе взяла такую же.