Сказания о Братимире

— Не слушай его, добрый молодец. Умеет врать их племя нечистое, от самого Чернобога пошли ведь…

Уж было нечего делать, согласился мальчик. А орёл вдруг предстал чудной девицей. На ней было длинное, ниспадающее к земле одеяние, сотканное из шёлка с удивительным искусством и дивно унизанное драгоценным жемчугом, а посреди — драгоценными каменьями.

Молвила ласковым голосом мальчику:

— Пойдём за мной, братцем моим будешь. Змей поганый выкрал меня три зимы назад и в плену держал, многие храбрые витязи за моей рукой приходили, да смерть лишь обретали, — жалобно говорила Царевна, жемчужные слёзы ручьём текли по румяным щекам.

Кивнул мальчик, будто согласился и, пальцы в рот сунув, присвистнул голосисто так, что кони за девять вёрст его услыхали и обратно примчались.

Но перед этим мальчик остановил Царевну и попросил:

— Подожди меня, сестрица прекрасная, проклятые разбойники вещицу ценную у меня забрали. Дай спущусь, ты моргнуть не успеешь, как тут буду.

Отговаривала долго его Царевна, да не смогла переубедить и, косой длинной замахнувшись, прыгнула на бурого коня.

— Тут на опушке леса ждать буду, только смотри в яму глубокую не заглядывай. Беду навлечёшь на себя.

***

Взял мальчик хвойную веточку с деревца и черпнул огонька из пламенной реки Смородинки.

Осторожно спускаться начал по мхам, поросшим на каменистой тропинке, и глядеть в оба принялся. А вокруг палицы в стены забитые торчали и давно уж острые сабли потупились и ржавчиной покрылись.

Гады ползучие изредка вылезали и злобно шипели, да всё без толку — пламенем зубы точили и сгорали.

Нехорошее чувство в душе мальчика зародилось, ветром ко входу примчался и обомлел. Камни вход покрыли с ног до головы, не давали выбраться ему.

Обратно вернулся мальчик и в самое глубокое место спустился, где драгоценные каменья со златом и серебром горой росли из ущелья бездонного.

С другой стороны тропинка проходила и лестницей винтовой шла в глубины ущелья.

Туда кошачьим шагом тихонько и спускается.

Через сотню вдохов на самом дне оказывается и за большой камень прячется от внезапного шороха.

Из соседней пещеры кто-то идёт и торопится явно. С длинной косой златогривой и пышной, как наливное яблочко фигурой, широким шагом ступает женщина уже немолодая.

В шелковом сарафане, заморской росписью украшенном, и хрустальной короне с рубином посередине.

А следом идёт уже знакомая мальчику молодая красавица, невольницей у чудища ему представившаяся.