Не признанная Фениксом

Да что он вообще себе позволяет? У него вообще–то есть невеста, как бы это абсурдно ни звучало! Вот пусть её и прижимает к своему торсу, а я девушка самостоятельная, могу сама за себя постоять, в случае чего.

― Пустите, ― не теряла надежды вырваться из этих ручищ, но тут бедро проехалось по характерному уплотнению. Я замерла, не желая верить в происходящее. ― Вы издеваетесь? ― прошипела сквозь зубы. Не знаю даже больше, отчего: от злости или от неожиданности.

― Да нет, это ты издеваешься, ― с усмешкой прилетело в ответ.

Нет, вы посмотрите на него! Он ещё и смеётся. А эта фраза меня преследует?

― Да Вы… ― слов не хватало, то есть, конечно, имелся кое-какой запас, но он был крайне непривычен для этого мира и выдал бы меня с потрохами.

― Мы давно перешли на «Ты», госпожа Ри, и как ты однажды выразилась: «Все мы здесь взрослые люди».

― Там человеку плохо, а у тебя мысли, кхм… Драться, как будешь, если все мозги утекли? ― огонь исцеляющий, что я несу, так зачем я продолжаю? Тут о погоде надо говорить, мужика успокаивать, а то действительно, как драться–то будет, в случае чего.

— Иногда я на самом деле готов поверить, что вы с Арой ― сёстры, ― прошептал мирэ у самого моего уха, обдавая горячим дыханием. ― Сделаю вид, что не слышал этого.

― Орм, заходите! ― раздалось из глубины соседней комнаты. Но то был Крон, что же тогда с Роном?

Меня, наконец, отпустили, но вперёд выйти не позволили: отодвинули за спину, как за ширму.

Хорошо идти было недалеко, всего-то несколько шагов, но и они показались для меня тяжёлыми. Как только мы зашли в комнату, мирэ одним щелчком пальцев зажёг свечи.

Крон и мой, на первый взгляд, целый и невредимый наставник стояли у кровати и о чём-то шептались.

― Рон, ты в порядке? ― обогнала мужа и начала осматривать мужчину. Визуально всё с ним было хорошо, но меня всё ещё тянуло помочь, вот только кому?

― Да, Ри, всё хорошо, ― спокойно ответил наставник.

― Тогда почему я чувствую, что кому-то больно?

— Это ей, ― Рон небрежно кивнул на скомканное одеяло, брошенное у кровати. ― Представляешь, открываю глаза, а она зависла надо мной, вот с этим, ― наставник покрутил в руке тонкий кинжал, устрашающе блеснувший лезвием. ― Ну, я её и скрутил, да отшвырнул от себя. Видимо, падая, приложилась хорошо.