Не признанная Фениксом

Теперь твоя боль отступит, и ты умрёшь спокойно, просто уснёшь», — безэмоционально произнёс Огненный и, кивнув дружку, исчез вместе с ним, оставляя меня в одиночестве сгорать в холодной, каменной темноте.

Резко открыла глаза, прогоняя прочь сон-воспоминание.

Холодное безразличие в голосе феникса до сих пор звенело в ушах, захотелось даже помотать головой: вытряхнуть эти слова и не вспоминать их больше.

Да с чего вообще он приснился мне? Год спала спокойно, сны видела добрые, красочные. А тут на тебе: кошмар! Да ещё и с Пернатым в главной роли!

Неужели так вчерашняя встреча испугала?

Да нет, скорее расстроила тем, что внесла сумбур в мою спокойную жизнь.

Страха я перед этим мужчиной никогда не испытывала: ни тогда, когда впервые увидела огненные всполохи в его радужке, ни тогда, когда он заявил мне, что я — в другом мире и должна скоро умереть, ни тем более вчера.

Меня страшит единственное, что, узнав обо мне, этот огромный мужчина с огненными глазами и ледяным голосом решит забрать свой огонь назад, а значит, и мою возможность жить.

Я стала чем-то вроде исполнившимся пророчеством фениксов, об избавлении от проклятья, насланного на их род тысячу лет назад одной обиженной ведьмой – проклятийницей.

Правда, Ара говорит, что род их здесь почти ни при чём — виноват в этом сам феникс, решивший усидеть на двух стульях, одним из которых была любовь — как же без неё? Вторым — расчёт, точнее, нелюбимая, но неизбежно в скором времени законная спутница жизни.

Оказалась, что ни первому, ни второму стулу не понравилось, что на них сидит одна огненная попа и жизни радуется.

Тогда феникс под большим женским давлением с обеих сторон всё-таки сделал выбор — в пользу нелюбви.

Обожжённая ведьмочка не стерпела такой несправедливости и кинула в порыве отчаянья нехорошие слова про первый огонь, который будет сжигать принявшую его, и случится это с каждой избранницей, пока не вернётся этот огонь к владельцу.

И как будто ничего страшного не услышали пернатые в этих словах: ведь если умрёт принявшая первый огонь, он тут же и вернётся к передавшему его фениксу. А он взял и не вернулся, ни в первый, ни в последующие разы.

Вот тогда и зачесали свои огненные лобики: мирэ.