Не признанная Фениксом

Так напроказничала я за всё моё довольно длительное пребывание в хосписе, впервые.

На меня вообще смотрели как на что-то противоестественное: «Такой диагноз и так держится», — шептались за моей спиной,.Стоило пройти мимо кого-либо, живущего или работающего здесь: ведь сюда прибывают ненадолго.

Я действительно держалась, не желала мириться, что скоро уйду. Улыбалась каждому дню, даже сквозь боль, радуясь, что он наступил!

Единственное, что вдали от родных. Но это моё решение. Ну не желала я, чтобы они завязли в этом заполненном запахами лекарств безысходности и жалости.

Кроме брата, единственного моего близкого родственника и подруги детства, родных у меня не было. Мама погибла в автокатастрофе два года назад, а отца мы не видели с малолетства.

Поворчав немного на меня и моё упрямство, брат и подруга сдались и теперь улыбались, пряча боль и страх, лишь когда приходили навещать. Всё остальное время могли позволить себе жить обычной жизнью, не обременяя себя постоянной заботой о неизлечимо больной.

Быть может, когда-нибудь они скажут мне даже спасибо, за то, что видели меня, пусть и измученную, но всегда улыбающуюся и верящую в завтрашний день. И пока этот завтрашний день наступал ― просыпалась я, глядя в залитое рассветным солнцем окно, и облегчённо выдыхала.

А сегодня вот открыла глаза и встретила взволнованный взгляд Павла Сергеевича. Он, после того как убедился, что со мной всё хорошо, помог мне встать, и тихими шажочками мы стали прогуливаться по комнате, стараясь не будить соседку по палате.

Есть у нашего доктора один девиз, который он не уставал повторять: «Движение — это жизнь, а помогать жить — это его работа».

Вот и двигаемся мы, его подопечные, постоянно и неустанно, помогая ему работать.

Идти вдруг стало тяжело, словно тапочки стали вешать килограмм по сто каждый. Я остановилась и повернула голову на Павла Сергеевича. Но вместо лица любимого доктора увидела двух мужчин, стоящих у огромного камня, который чуть светился во мраке странного помещения, немного разбивая тьму.

— Я что, умерла? — Осматривая новый, странный интерьер, я обратилась к встречавшим меня. Голос мой с хриплым отзвуком прогулялся по помещению и улетел куда-то в чернеющие своды.

— Нет, но скоро умрёшь, — резануло ледяным эхом в ответ.

Ответивший сделал шаг вперёд по направлению ко мне.