Пока бьётся моё сердце

Он расположен в другом месте и спрятан в вековой горе рядом с лесом. Вход охраняет стража и не так просто попасть внутрь.

— Меня могут не пропустить? — удивилась я.

— Могут, но ты же пойдёшь со мной.

Рэй поднялся, протянул мне руку, но едва я вложила пальцы в горячую ладонь эльфа, как голубой камень в кулоне засветился. Меня вызывал Генрих, а отказывать королю было запрещено. Грустно взглянула на эльфа.

— В следующий раз… Рэй. Хорошо?

— Я буду ждать тебя, Мари, — мужчина поцеловал мои пальцы, прежде чем отпустил, и я переместилась в храм на Земле.

Генрих нетерпеливо вышагивал внизу, когда увидел меня, замер и, не скрывая восхищения, следил, как я спускалась. Я же постаралась сохранить невозмутимый вид. Потому что моё сердце рвалось к Рэю, а король начал раздражать. Мне хотелось поскорее с ним распрощаться и вернуться в мир эльфов. Если честно, пока я не осознавала свою роль, как полубогини. Король, государство, люди. Где тут может перевесить чаша зла? И как?

— Сегодня состоится казнь преступника, к тому же схвачена его семьяж и сейчас они находятся в тюрьме.

— Тогда поспешим, — я накинула капюшон и направилась к выходу из храма. Монахи, которых я встречала, низко кланялись или вставали на колени. Для меня они все были на одно лицо. Лысые, молчаливые мужчины в черных рясах.

— У тебя есть какие-то предположения, кто мог быть заказчиком? — поинтересовалась, когда села в карету, поправляя складки платья.

— Мой дядя, — усмехнулся Генрих. В этот раз мужчина сел рядом со мной, его бедро прижалось к моему, и даже через ткань платья я ощущала жар его тела. Такая настойчивость короля раздражала и волновала одновременно. Рэй был со мной вежлив, держал дистанцию, а Генрих, наоборот, старался лишний раз прикоснуться. Если при первой встречи король ещё пытался сдержаться, сейчас он просто обхватил моё плечо, слегка прижимая к себе.

— Но без доказательств я не смогу его обвинить, — Генрих наклонился, и тёплое дыхание коснулась моей щеки.

— Мы едем на казнь или в тюрьму? — попыталась отвлечь Генриха от своей персоны. Повернулась к нему, но бездна вместо лица не пугала больше короля. Теперь он знал тайну советниц и поклялся жизнью никому не рассказывать правду о полубогинях.

— В тюрьму, казнь состоится в полдень, — хмыкнул мужчина.