Желание

Походка у Сильвии неуверенная, она с трудом держит равновесие и старается не завалиться набок, прижимается то к дверному косяку, то к длинному книжному стеллажу, облокачивается на подлокотники трехместного дивана. Не без усилий встает прямо перед креслом Мера и смотрит на него сверху вниз — удивительно, каким огромным он кажется даже в таком положении.

Длинные темные волосы небрежно спадают на лицо, серьги блестят в тусклом свете единственной лампы. Весь его вид выражает превосходство, снисходительность, уверенность в себе.

Мер — хищное животное, отдаться которому по какой-то причине хочется сильнее, чем сбежать. Да и сколько раз Сильвия пыталась убежать, выбросить его из головы или собственной жизни — ничего не вышло. Они связаны кровью и контрактом. Так почему бы наконец не поддаться самым низменным желаниям? Он, в конце концов, раз в десять горячее Дерека.

Как много умеют демоны? Сильвия прикрывает глаза и мотает головой в попытках отогнать в сторону неуместные мысли. Не выходит.

— Заткнись, — говорит она, когда, глубоко вдохнув, собирает в кулак всю свою решимость и посылает голос разума к черту.

Сегодня в Сильвии говорит вино, и она смело садится к Меру на колени, обнимает его за шею — раз уж в клубе дотянуться не вышло, она наверстает хотя бы сейчас. — Я говорила о настоящем имени.

— У тебя в голове ни одной мысли о моем имени, — шепчет он ей на ухо, обнимая за талию. Когти чувствуются сквозь халат. — Но мне нравится твой подход, Сильвия. Всего несколько месяцев, и ты сдалась.

Целоваться с ним — совсем не то, что с другими мужчинами. Со сколькими мальчишками Сильвия крутила романчики в старшей школе, как много партнеров сменила, уже будучи взрослой, но эти поцелуи не идут ни в какое сравнение с другими. Мер прижимает ее к себе слишком крепко, проводит языком по зубам и небу, беззастенчиво запускает когтистые пальцы под тонкую ткань халата и сжимает ее подбородок свободной рукой.

— Не боишься? — ухмыляется Мер — широко, ярко, самодовольно. И Сильвии кажется, будто шепот звучит у нее в голове: — Молодец.

Кожа у него горячая, и Сильвия чувствует это на себе, когда он одним движением стягивает футболку через голову. Господи, у него все тело покрыто татуировками — именно так, как она себе представляла. Грубоватые узоры, в которые вплетены часы, черепа, скорпионы — все те символы агрессии и мужественности, о каких она фантазировала, будучи школьницей. И будь она чуть менее пьяной, обязательно задумалась бы об этом.