Желание

С колледжем не сложилось, зато в его стенах она познакомилась с десятками удивительных молодых людей. Красивых, богатых, перспективных. И Оскар Хейли среди них сверкал ярче прочих, как ограненный алмаз: хорош собой, в свои двадцать уже ведущий какие-то дела в огромной фирме отца. Да, он был до противного холоден, и с ее темпераментом это никак не сочеталось, одному господу известно, сколько ссор они пережили на этой почве. Оскар не носил Лауру на руках, не реагировал на ее красочные, громкие попытки привлечь внимание и казался ей огромной ледяной глыбой, какую все вокруг по ошибке принимают за живого человека, но все-таки он был идеальным кандидатом.

На неоновых вывесках города тут и там светилась его фамилия, о его отце говорили и в колледже, и среди девушек, с какими Лаура общалась в те годы. Оскара Хейли-старшего не знал разве что слепой или глухой, а младший поглядывал на нее с интересом. Такая непохожая ни на кого из его знакомых, Лаура с легкостью завоевала его сердце. Ей хотелось растопить лед в его душе, да только так и не вышло.

Да, Оскар был умен не по годам, богат и собирался занять место отца в огромной «Хейлис» сразу по окончании колледжа, но на этом его плюсы заканчивались. Чего он хотел от жизни в те годы? Сейчас Лаура вряд ли скажет. Но тогда казалось, будто идеальным способом привязать к себе такого завидного жениха станет ребенок. Всякой бизнес-империи нужен наследник — вот о чем она думала тем чаще, чем они с Оскаром виделись. И план сработал.

Вот только сама Лаура — тогда уже миссис Хейли — никогда не хотела ребенка.

Единственное, чего желала новоиспеченная мать — отдать ребенка медсестре или няне и никогда больше не видеть. Уродливый розовый комок с такими же серо-зелеными, как у Оскара, глазами был ей глубоко отвратителен. И осознание, что от дочери уже не избавиться, легло на плечи молодой Лауры тяжким грузом. Будто мало ей было холодного и безразличного мужа, слава господу, готового обеспечить семью всем необходимым и даже больше, у нее появился еще и вечно орущий, голодный, неспособный и дня без нее прожить ребенок.

Мама по телефону твердила, будто это пройдет. Любая мать проходит через послеродовую депрессию, в этом нет ничего удивительного. Все наладится, когда маленькая Сильвия станет старше. Но дочь выросла, а Лаура так и не сумела разглядеть в ней ничего, кроме якоря, — того, что упал на дно их с Оскаром семейной жизни и крепко-накрепко привязал к ней Лауру. Да, он никуда не ушел.