Три мести Киоре

Трое в оцеплении, чтобы не пробрались зеваки, один следователь с папкой, скучно строчивший отчет, не хватало только фотографа с тяжелой коробкой камеры, где внутри размещался бесценный кристалл эстера, с помощью которого и выжигалось нужное изображение на пластинке.

Когда Доран подошел к следователю в сизой шинели, тот уже курил, задумчиво подняв к небу бородатое лицо. Рядом тряслась девица в кожаных брюках и мужском пиджаке в клетку — тот самый фотограф.

— Новенькая? — спросил он следователя, и тот лишь угрюмо кивнул, наконец-то протянув девушке столь нужную для успокоения папиросу.

Та же не раскурила ее, а мяла в пальцах, пока не превратила в пыль. На плече блестел тяжелый ящик с камерой.

— Бросай эту работу, тут каждый день трупы, — сказал ей следователь, заметив недовольный взгляд герцога.

Он и не думал, что высшее начальство ночью принесет к трупу, потому взял новенькую, чтоб привыкла или сбежала… А теперь как? Увольнять ее, что ли? Оставалось надеяться, что Доран, не терпевший непрофессионализма, забудет о ней.

— Где?

Следователь указал за темно-серый дом, недалеко от которого проходила сливная канава для отвода дождевых вод и грязи. Там уже лежали мостки, по которым следовало перебраться на другую сторону и, держась за сетчатый забор, медленно добраться по скользкому грунту до выловленного трупа, который еще не успели забрать. Доран склонился над бледно-зеленым телом в болотного цвета рванине. Светлые волосы выбились из-под невзрачного чепца служанки, передник и юбка порваны. Шея с нечеловеческими отпечатками.

Вместе со следователем они вернулись на дорогу в стороне от канавы, там хотя бы был устойчивый грунт, и каждое движение не грозило отправить их в сточные воды. Мужчина рассказал, что труп обнаружила девочка, побежавшая за свалившейся в канал собачкой. Сначала девочка обрадовалась и кричала странной женщине, чтобы та поймала приближавшуюся животину… Но собачка проплыла мимо, а девочка, увидев труп, забыла от ужаса о ней.

— Удалось узнать что-нибудь о предыдущей жертве? — спросил герцог, уже ненавидевший журчание воды.

Она как будто шептала ему, что всё бесполезно, что следы смыты, что преступника не найти.