Три мести Киоре

Только ребенок был опасен и ужасен в своем коварстве. Киоре молчала, смотрела на него горящими глазами, и тяжело вздымалась очерченная платьем грудь. Синяки на шее набухли и потемнели. Герцог подошел к ней и склонился, провел рукой по щеке, пальцы зацепились за какую-то шероховатость у уха, и он нахмурился, возвращаясь к ней. Когда лицо обожгло болью, он отшатнулся, инстинктивно закрыв глаза, и ему в шею уперлось что-то острое.

— Я очень хочу жить, — услышал он голос Киоре. — Твои наручники и ребенок снимет.

Правда, для этого ей большие пальцы пришлось вывихнуть и спешно вправить, что не добавляло удобства: стальной, погнутый прутик, из которого Киоре сделала отмычку для ног, она держала между указательным и средним пальцем.

— Сейчас мы зайдем в твой кабинет, я заберу свой артефакт и покину это здание.

— Всё, вашсия… — обернувшийся стражник замер на полуслове, но, подчиняясь жесту начальника, остался на месте.

Киоре держала крепко, вывернуться без риска для жизни Доран не мог, ведь не только шею можно продырявить со смертельным исходом.

— Ну, ну, не злись, это жизнь. Если бы повезло тебе, меня бы казнили, — приговаривала Киоре, пока они добирались до кабинета по замолкавшему коридору.

Киоре метала злые взгляды, а ее оружие впилось в кожу, и капля крови упала на белый воротник. В кабинете она быстро сцапала паривший артефакт и отпустила Дорана.

— Что ж, спасибо за доброе отношение в заключении. Я готовилась к пыткам, — усмехнулась она и распахнула решетку на окне.

Герцога передернуло: ни он, ни его подчиненные ее не трогали. Кто открыл шпингалеты и когда?! Киоре только рассмеялась над его растерянностью, распахнула окно и выпрыгнула на улицу, чтобы раствориться в сумерках. Первым делом Доран вышел из кабинета и объявил:

— Сбежала.

— Да пёс с ней! Главное, что вас не покалечила! — крикнул кто-то из следователей.

Доран скрылся в своем кабинете, но вскоре помощник с виноватым видом положил ему на стол запечатанное послание.

— Найди мне экипаж! Сегодня я больше не вернусь, — и его помощник резво побежал на улицу.

Ужин намечался в здании гильдии каменщиков в честь их нового главы. Императору, конечно, до такой мелочи дела нет, но вот главы Особого управления и Тайного сыска, других гильдий и духовенство должны были явиться.