Каменное сердце

А теперь представь, в какой ярости все будут, когда узнают обо всем.

Рендан поморщилась.

— Столько договоренностей впустую… Боюсь, твой дядя меня возненавидит, я уже молчу обо всех твоих поклонницах.

— Когда это тебя волновало чужое мнение?

— Если оно отразится на тебе — волнует, — возразила Рендан.

Хенджи улыбнулся и переплел их пальцы.

— Будет знатный скандал. Что за нелепица — Глава Дома идет в мужья к Главе другого Дома.

— Беспрецедентно.

— Все, как ты любишь, дорогая.

Они немного посмеялись, прижимаясь друг к другу плотнее.

— Это Эрид рассказал тебе? — спросила она.

— Да, к счастью для нас. — Хенджи нахмурился и прижал пальцы к ее рту, прежде чем она выпалила бы ругательство в адрес Главы Аранеа, не умеющего держать свое слово. — Он молчал до последнего, лишь после того, как узнал о причинах, побудивших Лукаса Луциато поспешить со свадьбой, рассказал мне обо всем.

Рендан недоуменно моргнула.

— Он владеет заклинаниями, доступными лишь теургам, — внимательно глядя ей в глаза, медленно сказал Хенджи. — На нем оберег могущественного мага, который, по его словам, погиб десять лет назад, но в таком случае оберег давно исчез бы. Признаться, я обескуражен.

— Хэйн Луциато.

— Что?

— Маг-животворец, обучивший Эрида.

— Судя по всему, да.

— Если Лукас Луциато догадается, что Эрид владеет подобными силами…

— … попытается узнать, откуда, обнаружит печать и использует Эрида, чтобы добраться до Хэйна, — закончил Хенджи. — Даже если тот давно мертв, и печать все еще держится неведомыми мне способами, эксперименты Лукаса не закончатся ничем хорошим для Эрида.

Рендан встревоженно приподнялась.

— Нам надо поспешить.

Глава 16

Накладывать косметические чары по утрам — занятие несколько унизительное, Эрид всегда считал, что это дело для светлых дев, а не для Глав Великих Домов, но ничего не поделать — прошлая ночка выдалась та еще, а удар Хенджи Даарона оказался поставлен лучше, чем казалось поначалу.

— Какого черт… то есть что это с вами случилось? — удивилась телохранительница Зо Ран из Варасуду, встретившая его у дверей комнаты, и вытянулась в струнку под его строгим взглядом.