Последний из рода Тсурэ

- Но счел, что лучше рискнуть и погибнуть, чем жить в постоянном страхе за нее.

- Значит, ты ищешь защиту для своей невесты. Что же ей угрожает?

- Ваше величество. Моя мать была убита только потому, что была женой моего отца. А у меня врагов не меньше, чем у него. И я не хочу, чтобы девушка, которую я люблю, повторила судьбу моей матери.

- Сочувствую твоей потере, - Юкамин знал, каково это – потерять всю семью.

И теперь куда лучше понимал стремление юноши защитить возлюбленную. Увы, даже императорское благословение не в силах уберечь человека от всего, но Юкамин понимал – юный Тсурэ желает оградить невесту от злого умысла людей, готовых на все, лишь бы досадить врагу.

- Благодарю, Ваше величество, - довольно сухо ответил Данэл.

- Ступай домой. Если сумеешь уйти, не попавшись в руки моей гвардии, я пришлю тебе приглашение на ужин на две персоны. Хочу познакомиться с этой девушкой прежде чем решить, достойна ли она…

- Я не уйду, - совершенно невежливо перебил его юноша. - Пока вы не дадите мне обещание благословить ее.

Юкамин на мгновение потерял дар речи. Он уже и забыл, когда в последний раз кто-либо осмеливался перебивать его – и ставить условия.

- Тогда тебя отсюда уведут! – грозно напомнил он.

- Я ни в коем случае не смею указывать вам, что вы должны делать, - Данэл склонил голову. - Но прежде, чем вы призовете гвардию, позвольте напомнить вам о том долге, какой имеет ваша семья перед семьей Тсурэ.

- Что? – император смешался на миг.

- Я ведь прошу не так много.

- Думаешь так легко отделаться, наглый мальчишка? – надменно спросил Юкамин.

Но при этом едва сдерживал улыбку. Данэл Тсурэ оказался даже лучше, чем мог надеяться император. И Юкамин уже знал, какую плату потребует за эту небольшую услугу.

- Я готов сделать все, что вы потребуете.

Теперь император позволил себе улыбнуться и торжественно объявил:

- Данэл Тсурэ, я выполню твою просьбу. Обещаю, что дарую императорское благословение девушке, за которую ты просишь.

- Благодарю вас, Ваше величество.

Данэл поклонился со всей учтивостью прирожденного придворного – и исчез.

В первый момент Юкамин глазам своим не поверил, а затем усмехнулся. Откинулся в кресле и устроился поудобнее, приготовившись ждать. Впервые за долгое время он чувствовал себя бодрым и полным сил, давно он не испытывал такой легкости и воодушевления.