Кровные чары 2 Убить оборотня

— Как ты могла, Стефа? Ты повела себя, как потаскуха! — он взмахнул рукой так, будто бы собирался ударить сестру по другой щеке.

— Остановитесь, господин, — взвизгнула Лидия, подпрыгнув на месте.

— Нет! Филипп! — Изабель резко повернулась к нему, приковав внимание к себе. — Нельзя бить сестру.

Стефани взглянула брату в глаза. В них читалось презрение. Холодная черствая с капелькой надменности насмешка человека, который сам не считался с приличиями. И это злило больше всего.

— Ты опозорила семью! Маленькая дрянь… — взвился он.

— Никто бы об этом не знал, если бы ты не орал, как грузчик на базаре, — выпалила Стефани, а затем перевела взгляд на Лидию. — А ты бы научилась помалкивать!

Обида душила, наматываясь острой проволокой на шею. Вмиг все находящиеся в комнате люди стали настолько противны, что девушку затошнило.

— Отстань! Я не маленькая, чтобы меня опекать, — Стефани высвободилась из объятий подруги. Он понимала, что Изабель будет на её стороне до самого конца, но воздержаться от грубости не могла.

— Конечно, конечно! Изабель, разве ты не видишь, что сестричка перестала быть маленькой. Она вполне созрела, чтобы развлекаться с мужчинами. Шлю… — Филипп сжал пальцы руки в кулак, но не договорить, не ударить не успел.

— Да пошел ты… — пригнувшись, чтобы не попасть под кулак, Стефани толкнула обеими руками брата в грудь. Она вложила в выпад всю силу, на которую была способна.

Изабель растерялась. Её взгляд метался от близкой подруги к мужу и обратно. Лидия продолжала стоять у дверей, как вкопанная, и наблюдать разыгравшуюся семейную драму.

Филипп потерял равновесие и упал назад, больно ударившись копчиком. Он хотел вскочить на ноги, но Стефани не позволила этого сделать. Подобрав юбки, девушка метнулась к столу и толкнула в сторону брата стул. Тот инстинктивно закрылся руками. Его замешательства хватило, чтобы вмиг очутиться на пороге комнаты

— А ну стой! — крикнул он выбегающей в коридор Стефани.

Девушка подходила к лестничному проему, когда услышала умоляющие причитания Изабель и гневную брань Филиппа.

Обида гнала прочь отсюда. Прочь от нелюбимого брата с замашками тирана. Прочь от глупой болтливой камеристки.

«Зачем она все рассказала? Зачем? Какое ей до этого дело?» — горячилась Стефани. Филипп не оскорблял бы её так, если бы Лидия не поведала подробности.