Кровные чары 2 Убить оборотня

Стефани почувствовала неладное и сделала несколько шагов назад.

Дверь с грохотом распахнулась. На пороге возник разъяренный Филипп. В своем красно-синем камзоле он выглядел как спелый томат, так сильно к лицу прилила кровь. Несколько темно-каштановых прядей выбились из низкого хвоста, собранного темной бархатной лентой. Брови съехались к переносице, губы превратились в тонкую линию, кулаки сжимались-разжимались. В водянистых голубых глазах бушевал шторм. Девушка отшатнулась, чувствуя злобу старшего брата кожей.

— Как ты могла? — процедил он, скрипнув зубами. — Как. Ты. Посмела!

— О чем ты? — Стефани постаралась сохранить невозмутимость, хотя прекрасно догадывалась, о чем говорил брат. После его отъезда в шато, они виделись. Вероятно он только что узнал о помолвке.

— Лидия нам все рассказала, — Филипп сделал шаг.

Позади мужчины в проеме возникли взволнованная Изабель и тяжело дышавшая Лидия.

— Что именно? — Стефани вскинула брови. Увиденный в блеклых глазах гнев пугал. Сердце сжалось в предчувствии угрозы и молило уходить.

Бежать отсюда как можно быстрее. Но разум настойчиво твердил, что Филипп, при своем вздорном характере, никогда не поднимал руки…

Брат наотмашь ударил ладонью по лицу. На короткий миг Стефани потеряла равновесие, а в ушах зазвенело. Боль пронзила скулу, челюсти и шейные позвонки. Пощечина полыхала огнем, и девушка инстинктивно приложила руки, чтобы ощупать ушибленное место. Холодные пальцы приносили утешения разгоряченной коже.

— Ты… ударил… меня… — подбородок дрожал от удивления и обиды.

Уголки глаз защипало. Девушка уставилась на мужчину, не до конца понимая, что произошло. — Ударил…

— Филипп, что ты делаешь? — возмутилась Изабель. Ловко обогнув мужа, она направилась к подруге, чтобы приобнять.

Напуганная происходящим Лидия стояла на пороге комнаты, боясь пошевелиться. Камеристка зажала ладонями рот, чтобы не закричать от переполнявших её эмоций.

— Отойди от неё, Иззи, — скомандовал Филипп точно на параде. — Она это заслужила!

Стефани ощутила теплые объятия подруги.

Девушка сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и ощутила тонкий цветочный аромат духов, по которым скучала прошедшие недели.

— Прости его. Он не со зла. Ты же знаешь, сдержанность и Филипп далеки друг от друга, — Изабель извинялась за всех. За себя, за мужа, за Лидию, которая все разболтала так не вовремя. Попутно она старалась оторвать девичьи руки от лица, чтобы осмотреть место удара.

Филипп сделал к ним шаг и сжал кулаки.