Кровные чары 2 Убить оборотня

Я же, дуралей, позволил себе влюбиться в неё», — обреченно подумал мужчина. Гордость и самолюбие не позволяли принять её поступок. Она не должна была вмешиваться.

Захотелось перечеркнуть все. Одним махом перерубить всю связь. Если она не желает его видеть, то значит так тому и быть. Что ж, по крайней мере, он ни к чему её не принуждает…

Воспоминания о проведенных вместе мгновениях нахлынули бурным потоком. В памяти ожил момент знакомства в лесу, когда Стефани направила на него пистолет. Потом встреча у кондитерской и крем на девичьих губах.

Первый неловкий поцелуй и обжигающая страсть той же ночью. И напоследок её визиты в госпиталь.

«Святые на небесах, что же за чушь я ей наговорил! Что за чушь я тут стою и думаю», — на душе сделалось гадко от собственной глупости.

Эдриан шумно выдохнул, испытав жгучую боль в солнечном сплетении. Советь побуждала пойти за ней. Нельзя оставлять Стефани одну на пустующих улицах. Сейчас большинство горожан ушли на площадь к горящей церкви. Но как знать, вдруг кто-то решил улучшить момент и совершить преступление, пока городская стража занята другим.

В последнем мужчина не сомневался. Они с Филиппом открыто фехтовали на шпагах, и за это время не появился не один патруль. Об этом обязательно стоит доложить суперинтенданту…

— Глотка демона, — выругался Эдриан. Потеряно слишком много времени и неизвестно найдет ли он её теперь.

Мужчина сделал шаг. Боль сковывала тело, не позволяя двигаться так быстро, как хотелось. Но что еще ему оставалось, кроме как бороться со слабостью, жжением в швах и душевным терзанием.

Эдриан кашлянул. При сломанных ребрах всегда хочется кашлять. Но не громко и протяжно, как при лихорадке, а слабо, словно в горле что-то першило. Он оглядел себя, увидел пятна на бинтах сквозь блузу, и, пойдя вперед, на ходу застегнул пуговицы. Нечего посторонним созерцать проступившую кровь.

Глава 5.1

Завернув за угол, Стефани убавила шаг. Весь гнев, вся горячность, что охватила её во время ссоры сошла на нет, уступив место стыду.

Она и думать забыла о пощечине, о Филиппе, о дуэли… Перед глазами стояло бледное лицо Эдриана, которое исказила гримаса гнева и раздражения, а в ушах все еще раздавались обрывки услышанных фраз.

«Он должен был поблагодарить меня и все… Или хотя бы промолчать!» — мысленно причитала девушка, хотя злость уже угасла. Из сердца жгучей волной по телу разливалось чувство вины. Не стоило говорить то, что прозвучало. Нельзя вести себя так.