Выбор

***

Солнце принесло Ицване сразу два потрясения.

Первым были долетающие до нее запахи боли, предвкушения и возбуждения. Если прибавить к этому отголоски чужих сил, напрягающие ее плетения, можно было сделать вывод, что цан начали действовать. Бой был на границе колоний Третьего и Четвертого.

Вторым потрясением стали собственные ощущения.

Ицвана лежала на спине, всматриваясь в едва заметные при свете солнца искры энергии бегущие по желобкам в потолке, и с наслаждением прислушивалась к бушующим за пределами колоний силам.

Словно подначиваемая безумием мужчин, цра-железа вырабатывала излишне много энергии, а цуг-железа желала выпустить в воздух запах предвкушения. Предвкушения чего, Ицвана разобрать не успела, в цкорт зашла цаакцна и тут же восхищенно заявила:

– Госпожа, вы почти вошли в возраст. Еще день два и придет пора!

– Что?

Ицвана испуганно дернулась, понимая ужас происходящего. Еще день два и так долго ожидаемая свобода окажется под угрозой. Вполне возможно, что эти двое, дерущиеся у границ, уже все поняли.

Оттого и действуют, устраняя особо опасных конкурентов. Взвившись на ноги, Ицвана выскочила на улицу, не слушая криков цнаа, несущихся следом. Женщина собиралась улучшить защиту, и никто не мог ей помешать.

К приходу луны Ицвана наконец выдохлась, утомив железу. К ее радости от драчунов пришли разные, но обнадеживающие волны. Третий ранен и навряд ли сможет в ближайшее время побороться за нее. Четвертый одарил все колонии запахом усталости и удовлетворения, ясно давая понять, что от него отдохнуть удастся всего пару дней.

Но даже это сейчас было большой удачей.

Созревание завершилось на пятое солнце. Незаметно и даже как-то обыденно. Ицвана попросту проснулась в непонятно приподнятом настроении, с неким предвкушением перебирая кандидатов на нее. Одернула себя, только когда поняла, что сравнивает между собой Первого и Второго, отвергнув двух других как неприятных.

«Это что же, я готова сама себя запереть?» – разозлилась на себя Ицвана и зло поднялась.

Нужно было отвлечь тело от нового состояния.

Внутри зрели намерения отбиваться от всех четверых, пока кто-нибудь из них не загонит в угол. И даже тогда, покалечить как можно сильнее.

Но долго ждать мужчины не собирались. Подарили Ицване почти четверть тишины и покоя, но, понимая, что самостоятельно выбирать она не хочет, взвалили эту ответственность на себя.Стали осторожно тянуть щупы. Выпускали волны заинтересованности и восхищения.