За поворотом времени, или Магия сердца

– Девятка – хитрое число. Ее интересно и прибавлять, и умножать. Смотри на свои десять пальцев слева направо. Какое число умножаешь на девять, такой палец, отсчитывая слева, ты и загни на руке. Вот, например, умножим четыре на девять, да? Загибаем четвертый палец. Что наблюдаем? Слева от загнутого пальца – десятки, справа – единицы. То есть четыре умножить на девять, получится тридцать шесть.

– А если я хочу умножить восемь на девять?

– Умножай! Отсчитываем слева направо восьмой палец, загибаем его.

– Семь десятков и две единицы. Семьдесят два?

– Правильно! Понял принцип?

– Понял… Злот! Спасайтесь! Злот идет! – паренек мгновенно подскочил на ноги, схватил свою младшую сестру в охапку и понесся в переулок.

– Злот, идет! Злот!!! – завизжали другие дети, побросав занятия и разбегаясь в разные стороны. Лишь двое четырехлетних близнецов, не ведая еще чувства страха, остались сидеть подле Катерины и увлеченно рисовать что-то на песке.

– Надо же! Кто приперся! – недовольно произнес Даниил, подозрительным взглядом измеряя подходящего Злота.

Ангел-Хранитель оказался прав. Правитель темной земли, по сравнению с крестьянами, выглядел нарядно. Черная шелковая рубаха, черные брюки, до блеска начищенные сапоги. Костюм сидел на нем безупречно, и, скорее всего, сам Злот об этом был осведомлен. Когда мужчина осознает свою красоту и неотразимость, это накладывает на него определенный отпечаток самоуверенности, самомнения и самодовольства.

– Добрый день, госпожа Екатерина, – темный Магистр подошел ближе. – Хотел появиться незаметно, но здесь это вряд ли возможно. Привет, малыши-художники!

– Здравствуй, господин Злот, – поздоровался один из них, не отрываясь глазами от рисунка.

– Как твои дела? – добавил второй из них, хвастаясь своей работой.

– Да, нравится. Угощайтесь, – Злот протянул детям два сладких леденца.

– Спасибо, господин Злот, – вежливо ответили оба, запихивая сладость себе в рот.

– Это им за смелость? – Катерина улыбнулась и кивнула головой в знак приветствия. – Все удрали, а эти вроде как не боятся.

– Нет, это им за то, что они еще дети. Чистые и искренние создания. Не умеют пока кривить душой, не лицемерят и не плетут интриг и заговоров.