Наследница Нави

Остальным здесь просто будущий муж Лизы и друг.

- А почему зовет тебя мамой тогда?

- Потому что маму жены так принято называть.

- Так, значит, ты ему не мама?

- Нет.

- А ты – наш общий папа? – обратилась я к отцу, сидевшему рядом.

- Нет, не я. Помнишь, когда умерла ваша воспитательница из садика, ты очень расстроилась и горько плакала, а бабушка Яна объясняла тебе, что тело – это лишь временный сосуд для души, который имеет свойство изнашиваться или повреждаться. И тогда тело умирает, душа, оживлявшая его все это время, уходит на небо высоко-высоко, чтобы родиться в новом теле.

Это называется реинкарнация.

Я кивнула, этот разговор я помнила, по Светлане Светлояровне я действительно очень убивалась, они с мужем утонули в шторм в Едином океане Антлании. После объяснения бабушки боль немного утихла, и я каждый день молилась Богу, чтобы Светлана поскорее пришла к нам в мир в новом теле.

- Есть еще такое понятие как инкарнация, это когда душа входит в уже взрослое живое тело.

У Ярика был папа, он умер, а через некоторое время вошел в это тело. Его душа жила в этом теле и именно при нем ты и родилась. Понимаешь?

- А куда же делась твоя душа, когда в этом теле папа Ярика жил?

- Моя была еще на небе, отдыхала и вошла в него чуть позже.

- Так, значит, ты не мой папа? – мои глаза наполнились слезами от ужаса.

- Духовно нет. Но это ведь неважно, правда? Ты – моя маленькая копия, и я тебя обожаю.

- И я тебя!

Я слезла со стула и обняла папу.

До сих пор помню его теплую и мокрую от скатившейся слезинки щеку, которой он прижался ко мне.

- А где сейчас душа папы Ярика?

- Его переселили в другое тело, а в это вошел я, – пояснил отец, обнимая меня.

- А он за мной не придет? Ты ведь меня не отдашь? Мне не нужен тот, другой папа, я тебя люблю! – я покрепче прижалась к отцу.

- Я – твой папа, я. Посмотри, мы с тобой похожи, почти как Витя с Викой, я менял тебе памперсы и грел молоко по ночам, я научил тебя кататься на велосипеде и самокате, я щекочу тебя до колик каждый день и защищаю от бабайки, что живет под кроватью.

И так будет всегда, все время, сколько бы лет тебе ни было, поняла?

- Поняла, – радостно закивала я.

С моей маленькой души упал огромный камень. Мой папочка! Мой этот и другого ни за что не надо! Но любопытство-таки взяло верх, и я спросила.

- А кто жил в этом теле до папы Ярика? И в каком теле раньше жил ты?

- Ишь ты! Додумалась! – восхитился папа.