Наследница Нави

- Мой будешь! Мой! Никуда не денешься! – пела она, целуя фотографию зеленоглазого блондина, лежавшую на столике перед зеркалом.

Но вдруг по зеркалу пробежала рябь и какие-то бело-серые полосы, так бывает, когда у телевизора программа сбивается, и один канал пытается перекрыть другой. И точно. Через несколько секунд на зеркале появилась совсем другая картинка.

Маленькое помещение, освещенное жутковатым, слабым голубым светом. Посреди помещения стоит железный стол, как в операционных, на нем лежит мужчина, не то что лежит, он на нем распят, на руках и ногах мужчины – широкие серебряные браслеты, приковывающие его навытяжку к столу.

На шее мужчины такой же браслет, придавливающий его к столу, из сердца несчастного торчит кинжал, мужчина не шевелится, его глаз закрыты, но он не мертв. Я слышу его слабый, еле различимый шепот у себя в голове.

- Помоги мне, доченька! Помоги!

Мужчина, которому на вид лет 60, у него седые волосы и седая борода, вдруг резко открывает глаза и смотрит через зеркало прямо в мои светло-фиолетовые своими светло-серыми.

Я вскрикнула и выронила зеркало из рук, оно упало и разбилось, напугала Милу, она тоже выронила свое зеркало, и оно тоже разбилось.

- Ну, Любомира Орлановна, мы все внимание, что же Вас так напугало? Расскажите нам всем, что Вы видели?

- Можно мне воды? – попросила я тихо.

Сердце стучало, как бешеное. Сбылся один из самых страшных моих кошмаров. То, что преследовало меня с детства. Правая рука в запястье все еще горела, я уставилась на внутреннюю сторону руки.

На запястье ярко выделялась вена в форме куриной лапки, во мне пробудилась сила рода моего духовного отца.

Сила Рода Люцифера.

Глава 7

Ярослав нравился мне всегда, сколько я себя помню. Он всегда жил с нами и звал маму матушкой, как принято на Антлании, где мы жили в моем детстве. Мама относилась к нему ровно, так же, как и ко всем своим детям. Тепло, ласково и участливо. Так же относился к нему и отец. И я искренне считала его нашим родным, кровным братом. В то лето, когда мне исполнилось 4, все начали готовиться к свадьбе Ярослава и Лизы.

И однажды на ужине я с чисто детской непосредственностью заявила, что, когда мне исполниться 20, как Лизе, я тоже выйду замуж за Ярослава.

- Нет, не выйдешь, – просто сказала мама.

- Почему?

- Ну, во-первых, потому что у тебя есть свой жених, ты же это знаешь. А во-вторых, Ярослав – твой брат.

- Но и Лизе он тоже брат! – возмутилась я.

- Нет, моя хорошая, Лизе он жених, брат он только тебе.