Русалка для слуги Кощея

– Работу ящеров мы здесь, боюсь, все равно не отыщем, а все ж негоже дочери владыки Водяного являться в родной город совсем оборванкой.

С этими словами он повел Даждьросу к красным рядам.

– А в платье иной земли, думаешь, гоже? – с сомнением спросила Даждьроса, выбирая лен на рубаху и прилаживая на плечи отрез доброго сукна коричневго цвета, прекрасно подходившего и к ее рыжим волосам и к украшенным малахитом застежкам.

Из доброй льняной тканины, найденной в одном из ларей на ладье Кривозуба она сшила себе пару сорочек, а вот понева в странствиях совсем истрепались, и свежие латки были слишком уж видны.

– Может быть, платье иной земли поможет нам хоть на время скрыться – пробормотал Велимор, подбирая себе кафтан, вроде того, которые носили княжьи люди, и пояс с простым набором.

Увы. Когда они, никого из соплеменников не встретив и лишь узнав, что ящеры приходили в Гардар, да неделю назад уже ушли, вернулись на берег, там их ждали. Пятеро плечистых молодцев в черненой броне со знаками Хозяина Нави на доспехах и одинаковыми, словно пленкой затянутыми мутными, пустыми глазами шутить явно не собирались, и ото всех них исходила враждебная магия смерти.

– Явился наконец, – приветствовал Велимора один из них, державшийся наиболее уверенно и развязано. – А мы уж думали, ты в городе заблудился.

– Откуда такая забота, Хват? – невозмутимо поинтересовался Велимор. – Али не знаешь, что все ящеры даже беззвездной ночью не собьются с пути?

– Поэтому мы и удивились, встретив тебя здесь, тогда как тебе следовало давно уж пристать к Ледяным островам, – напомнил ему еще один.

– Я корабль во время бури потерял. Новый ищу, – не подал виду Велимор. – Али ты, Бешеный, знаешь способ, как попасть во владения нашего господина без крыльев сухим путем?

– Как-то странно ты ведешь поиски. Узнавая про корабли ящеров,– снова взял слово тот, кого называли Хватом. – Ухо все слышал.

Он указал на самого невзрачного и неприметного из своих подельников, который держался в стороне. Даждьроса его вспомнила. Он отирался возле них в красных рядах, и она всерьез опасалась за кошель с серебром.

– И пленницу ты свою совсем разбаловал, – добавил Бешеный. – Путы снял. Пряниками печатными да орехами калеными потчуешь.

– Что ж мне ее следовало голодом морить? – по-прежнему невозмутимо отозвался Велимор. А в путах держать – только вызывать лишние вопросы.