Русалка для слуги Кощея

Хотя сладкий аромат липового цвета и летних трав, смешанный с запахом нагретой солнцем воды, расслаблял и вселял умиротворение, в воздухе ощущались другие незнакомые, тяжелые и враждебные привкусы.

— Земляное масло они здесь, что ли, жгли? — брезгливо принюхался Горыныч. — И, кажется, серу или что-то еще более ядреное.

Даждьроса промолчала, удобнее устраивая на руках притихшую Желану и проверяя узелок с пожитками, который нес огненный змей. Куда идти она пока не очень представляла. А привычного дыхания магии почти не ощущалось.

— Может быть, портал сработал как-то не так? — крутил по сторонам головой Горыныч.

Даждьроса пожала плечами. Для начала она решила довериться узенькой тропке, шедшей вдоль реки и явно протоптанной людьми. Вскоре лесную тишину нарушил грохот и гул, а забытую стежку сменила широкая дорога, вымощенная материалом, напоминающим застывшую с мелкими камешками раскатанную смолу.

По этой непривычной столбовой в обе стороны с грохотом и визгом неслись железные механические чудища, которыми управляли невозмутимо сидящие внутри люди.

Горыныч напрягся, хватаясь за меч, готовый в любой миг принять истинное обличие и дать отпор. Но чудища продолжали ехать мимо, а их водители не обращали на путников никакого внимания, явно направляясь по своим делам вместе с женами и даже детьми.

Внезапно одно из чудищ сбавило ход, продвигаясь к обочине, затем затормозило. Открылась снабженная стеклом для обзора железная дверца и навстречу жене, дочери и брату шагнул Велибор. Ящер почти не изменился.

Разве что одежда выглядела непривычно.

Оказавшись в объятиях мужа, Даждьроса какое-то время ничего не видела и, кажется, даже не дышала, словно рождаясь для новой жизни. Мир, в котором они оказались, выглядел необычно. Но та трепетная ласка, которой встретил их Велибор, ощущалась до такой степени родной, а необоримое кольцо рук выглядело настолько надежным, что на какое-то время показалось, будто разлука им просто привиделась. Ящер попеременно целовал то жену, то дочь, зарывался лицом в их волосы, прикасался пальцами к коже, словно пытаясь вспомнить.

От него пахло земляным маслом, и каким-то приятным благовонием, а руки выглядели все такими же заскорузлыми и уверенными.

— Как же я по вам всем соскучился! — проговорил он, наконец отстранившись от своих женщин и сжимая в медвежьих объятьях оробевшего брата.

— Но ведь мы расстались совсем недавно, — удивилась Даждьроса.

Велибор лишь странно усмехнулся.

— Ну как сказать.