Есть ли жизнь после отбора?

Но я ведь еще жива, не так ли?

– Палаты заняты, – Тина развела руками, – но если ты хочешь в общую душевую, то пойдем. Правда, она на другом этаже.

Кожа чесалась нестерпимо, так что я, махнув рукой на все, поспешила в обмывочную.

Ну, прямо скажем, это было непросто. Но мне удалось смыть с кожи остатки посветлевшей жижи, что немедленно привело меня в прекрасное расположение духа.

– Внизу тебя ждет Кристоф, – Тина хитро улыбнулась, – у его ног стоит корзина со сладостями.

Я ожидала новой вспышки злости, но… Кажется, тогда, в Гиблой Роще, я была права: та душная ярость принадлежала не мне.

«Ох, как же сейчас Тария? Я бы с ума сошла, если бы не только купила травленый сахар, но еще бы и всех им накормила», – пронеслось у меня в голове.

– Надо бы сегодня-завтра навестить Митара и Тарию, – сказала я, и Тина согласно кивнула:

– Да. Она как неживая была и просила ее не лечить. Говорила, что тебе нужней. А я устала объяснять, что для тебя жижа тоже настаивается. И что в тебе яда явно меньше!

Надев чистое – леди Ауэтари постаралась, – я наскоро переплела косу и поспешила вниз.

– Корзина со сладостями. – Гамильтон, уходивший на время всех гигиенически-переодевательных процедур, боднул меня головой. – Попробуй объяснить Кристофу, что тарталетки с лососевым паштетом – это скорейший путь к моему благорасположению.

– Мне казалось, что он хочет, мгм, благорасположить Мину, – хихикнула Тина.

– Но между ними стою я – нравственная опора, моральная поддержка и просто обаятельный, оголодавший представитель Псовьего Мира. – Гамильтон потянулся, встряхнулся и потрусил вперед. – Чую!

Дальше мы его уже и не видели: при необходимости он может развивать невероятную скорость.

– Могу предположить, что Кристоф принес взятку для твоей нравственной опоры, – фыркнула Тина.

– Он очень внимателен к деталям. – Я тяжело вздохнула. – Боюсь, что там, в Гиблой Роще, я была груба.

– Пф, – Тина закатила глаза, – он дежурил здесь, тряс меня на предмет необходимого. Я слышала что-то вроде: «Нет ничего, чего я бы не смог добыть, купить, украсть». Последнее пугает на самом деле.

– Я думаю, это было художественное преувеличение, – успокоила я подругу.

– Угу, угу, – покивала Тина. – Я не хочу лезть в ваши отношения, поскольку я оценила то, как ты ведешь себя со мной и Мароном. Но… Ты была разбита им вдребезги.