Крылья колдуна

Мост, связывающий Либеморт с большой землей, казался тонкой ниточкой.

— Наверное, Петра боится, что девочки станут убегать сюда на свидания, — предположил Ланс.

— В пансионе обучаются только девочки, — напомнила Тиль.

— Зато в Либеморте полно молодых парней. Когда это забор был помехой любви?

— Возможно, ты прав, — согласилась Тиль. — Но директриса явно что-то недоговаривала. Подозрительная она, эта Петра.

— Ах, Петронилла… — протянул Ланс. — Знаешь, я составил классификацию женщин — особенности характера в зависимости от формы губ, и могу сказать, что Петра не плохой человек.

— Да ты что! — с сарказмом произнесла Тиль. — Это полностью меняет дело!

— Я составил много классификаций, — сказал Ланс. — Как сама понимаешь, довольно длительный период времени мне совершенно нечем было заняться. И знаешь, о чем мне говорят твои губы?

— Конечно, знаю, — ответила Тиль. — Они говорят: отстань от меня, колдун.

— Это вслух, — кивнул Ланс. — Но когда они чуть приоткрыты, влажные и розовые, как лепестки розы после дождя…

— Меня сейчас вырвет, — скривилась Тиль.

— …сладкие, — продолжил Ланс, — с уголками, чуть загнутыми вверх. С нежной ямкой над верхней губой. Они говорят, что ты, Матильда, вопреки внешней суровости, страстная и чувственная женщина, жаждущая любви.

Тиль фыркнула и все же сбросила руку Ланса со своей талии.

— Почему ты не на уроках? — вспомнила она.

— А ты? — ответил он вопросом на вопрос. — Слушай, Матильда, я тут подумал, раз уж ты наотрез отказываешься говорить о себе, расскажи об Ульрихе.

— Откопала я тебя, — буркнула она. — А Ульриха увидела в цирке.

— Ты любишь цирк?

— Терпеть не могу, — призналась она. — Пришлось туда пойти по приказу Ордена. За тем бродячим цирком тянулся след из обескровленных трупов.

— Вампир?

— Он самый, — кивнула Тиль. — Выступал фокусником. Распадался стаей летучих мышей, рисовал картины туманом, довольно красиво, кстати.

— И что делал в цирке наш здоровяк? — спросил Ланс, останавливаясь.

— Жонглировал гирями, поднимал тяжести, и все такое, — Тиль увидела впереди покосившиеся надгробные плиты. — Ты привел меня на кладбище?

— Не лучшее место для первого свидания, — кивнул Ланс, — но, учитывая, как мы познакомились, это даже символично.

Он пошел вперед, направляясь к надгробию, над которым плакал мраморный ангел.