Яйцо дракона

Цвет огня сменился на зеленый с черными всполохами, и вот уже рядом с агатовым лежал малахитовый дракон. Он перевернулся на живот и медленно поднялся. Он повел еще не так давно сломанным крылом, расправил его, сложил и уткнулся тыльной стороной носа в щеку друга.

– Я твой должник.

– Только попробуй выкинуть что-то подобное еще раз! А ты, – грозно зарычав, агатовый дракон развернулся к испуганно отскочившей назад Рене, – минуту подождать не могла? Я почти долетел, когда ты открыла это проклятое яйцо.

– Он бы меня спалил! – вскрикнула она, задыхаясь от ужаса и возмущения одновременно.

– Не рычи на нее, – Вальтер оттолкнул агатового дракона крылом и подошел к ней, ступая очень мягко и вкрадчиво, совсем как тогда у ручья.

Хотя от нее не укрылось, как в этот раз дрожали его ноги. Видимо, несмотря на волшебное исцеление травм, кровопотеря давала о себе знать.

Рене прижала яйцо к животу и встретилась взглядом с черно-зелеными глазами. Вокруг вертикальных зрачков вспыхнули яркие искры, обрамляя их.

Вальтер был прекрасен. Он был жив! Святое пламя… Они все выжили!

Ноги стали ватными, и колени подкосились. Рене осела на черную землю. В ушах застучала кровь, и по щекам снова потекли слезы, на этот раз от облегчения. Пальцы стали настолько холодными и онемевшими, что артефакт выкатился из них и гулко воткнулся в черный песок.

Вальтер прижался к ее животу кончиком носа, укладывая шершавый тяжелый подбородок на ее колени, и выдохнул горячий воздух с дурманящим теплым землисто-пряным ароматом дуба и миндаля.

– Все хорошо, Рене. Дыши.

– Я дышу, – она обхватила его морду руками и уткнулась в горячую и слегка шершавую шкуру лбом. Не удержав счастливой улыбки, она коснулась ее губами. – Я люблю тебя, Вальтер.

– И я тебя, Рене. Ты моя. Навсегда, – пророкотал он, погружая ее в облако пряного дыма.

Она вдохнула полной грудью, наслаждаясь.

Вальтер вспыхнул белоснежным пламенем и подошел к ней уже человеком. Он поднял ее с земли и утянул в обжигающе горячий поцелуй. Его язык скользнул по ее губам, ворвался в рот, и вместе с ним жар заструился по ее горлу, оседая в животе и растекаясь по венам.

Рене вспыхнула от оглушающего желания и не сдержала сладостного стона, прижимаясь к груди любимого мужчины.