Морган Кольят: человек с тысячей лиц

Я не ожидала такого поворота событий и резво гадала: он шутит или они и правда уже были знакомы?

— Лет пятнадцать назад, Вольтерн, деревушка Моил, — веселясь, перечислял Охотник. — Подвал дома мясника, разъяренный толстяк с ножом и двое мальчишек, спрятавшихся в шкафу с украденной тушей свиньи. Которая, между прочим, очень воняла.

— Ты… — в глазах беловолосого мятежника застыло изумление. Мужчина на мгновение остановился на месте (отчего замерли все остальные) и начал с явным подозрением осматривать врага с ног до головы.

— Это ничего не меняет, Охотник, — только и кинул он, вновь надев маску бесстрастия.

— Быть может, назовешь меня по имени? — ехидно поинтересовался маг, ускоряя шаг, дабы догнать недовольного собеседника. От смены темпа у меня начали заплетаться ноги: силы были на исходе.

— Замолкни, — прошептал человек, накидывая на голову капюшон. Произошедшее его то ли расстроило, то ли разозлило. Но он стал более сдержанным.

— Знаешь, а твой брат здорово вымахал. Поздравляю. Я сначала и не признал его. Коннор, верно? — продолжил Морган действовать на нервы Клауду.

Охотник повернулся в сторону молчаливого юноши с факелом в руке. Он не поспевал за нами, и шаг за шагом тень ночи все больше накрывала наши головы. Паренек не собирался вступать в разговор с пленным магом, и, как мне показалось, он и вовсе не расслышал обращения к себе.

— У тебя очень сильный удар, — не смотря на все это, продолжил Морган, только теперь в его голосе внезапно зазвенел лед. — Мы с тобой еще обязательно потолкуем, как только у меня будут развязаны руки. — Последние несколько слов прозвучали несколько агрессивно. — Интересно, каков ты в бою один на один. Вы, сударь, оставили мне серьезные раны, так сказать — напоминание о себе. Я подобное так просто не прощаю.

В его тоне любой бы услышал угрозу. Морган был зол на него, понастоящему. Сейчас я вдруг увидела в нем Охотника — того самого убийцу, каким он и должен был быть. Может, Клауд и правильно сделал, связав ему руки? Не могло быть такого, что он в одно мгновение из «плохого» превратился в «хорошего». Я вспомнила, с чего начался этот разговор, и по телу поползли колючие мурашки холода: он сказал, что начинает сомневаться в своих поступках. Это очень нехорошо.