Чай с тимьяном и капелькой чуда

Все остальные же считали его фантазии о встрече с маленьким волшебным созданием сном или вообще видением — мол такое случается порой, когда в ребенке просыпается чародейский дар.

Впрочем, благодаря этому его и отправили оттачивать навыки чародейства сначала в академию, а затем и в университет. Теперь, во всяком случае, Милош может «маяться дурью» в свободное от работы время и не беспокоиться о том, что деньги вдруг закончатся — и на том спасибо.

Не то чтобы, правда, этот плюс перевешивает обиду на родителей, тянущуюся еще из детства, и сильно помогает в уговорах самого себя не увольняться, когда от постоянной борьбы с призраками в чьих-то загородных особняках и анализом магических следов на местах преступлений начинает тошнить особенно сильно.

«Где там эти эти пресловутые предноволетние чудеса? Когда они уже начнутся? — мрачно думается Милошу, когда он уже заходит в метро, и холодный ветер сменяется горячим. — Я готов к ним, да получше любого ребенка. Особенно если чудом окажется, что в праздничную ночь меня ни на какую работу не вызовут…»

А ведь могут.

В новолетнюю ночь постоянно что-то да случается: то пожар где-то начнется из-за неправильной магической формулы фейерверка, то призраки решат заглянуть на праздник, то кто-то в пьяном угаре решит демона призвать — и для решения всех этих проблем необходимо вызывать чародеев. Так что у них если и есть новолетнее настроение и ожидание чуда, то разве что мрачное.

Откровенно говоря, Милош и не помнит уже, сколько лет назад он действительно ждал светлого чуда в этот праздник.

Чародей криво ухмыляется сам себе, шагая на ступеньку эскалатора, и достает из кармана наушники. Дороги минут сорок, и надо себя хоть чем-то занять, а ни читать не тянет, ни, тем более, сочинять — с этим вообще проблемы уже больше месяца. Кажется, вместо того, чтобы ждать новолетнего чуда, стоит поприветствовать творческий кризис.

От метро до дома Милошу идти недолго. Чародей подумывает сделать крюк и зайти в магазин, потому что в холодильнике еды совсем не осталось, но что-то заставляет его отбросить эту идею.

«Не важно. Закажу что-нибудь, — думает Милош, чуть морщась и сваливая возникшее нежелание идти за продуктами на усталость. — А в магазин как-нибудь потом… завтра, например».

Он кивает этим мыслям, напоминая себе, что если идти за продуктами, то придется придумывать, что готовить — и, хоть Милош и не любит этим заниматься, сейчас нежелание стоять у плиты кажется скорее глупой отмазкой, лишь причиной быстрее попасть домой.