Сердце бога

- Я не хочу, чтобы ты уезжала сегодня, - явно признавалась она, - я опять останусь одна, а ты, наверное, и там кучу подруг имеешь. Я… буду скучать и… ты будешь хотя бы отвечать мне на письма?

В ответ ей раздался храп. Вот его бабуля не выдержала, рыкнула и ткнула пальцами в затянутый корсетом бок рыжей, которая от удара даже проснулась.

- Ты чего дерёшься, коза?! – скинула с кровати мякнувшую девушку Корни.

- Ты опять храпела как какой-нибудь… мужик с конюшни! – вскочила бабуля.

А после того, как они несколько секунд зло смотрели друг на друга, в комнате грянул хохот.

- Я по тебе точно скучать не буду! – фыркнула Гера, - ты мне за эти месяцы так надоела! Вон – иди не забудь попрощаться с Зиг-ги, который по тебе слюни пускает!

- Ревнуешь? – села в позу лотоса Элла, - не тряси головой, по тебе же видно!

- К кому? К тебе? – снисходительно спросила бабуля.

На губах Корнеллии растеклась улыбка.

- Я спросила про него, но ты и так ответила, - синие глаза девушки казались необычайно добрыми, - и я обещаю писать тебе письма, милая Гера, - раскрыла, что она всё слышала.

Агератумовское лицо вытянулось.

- Скорее бы ты стала Владычицей, - протянула она, - ты бы тогда не стала меня бросать.

Корни хмыкнула и села к ней ближе.

- Не переживай, - хихикнула она, - я сделала так, что тебя больше никто не сможет обидеть, - она потянулась к руке Геры, но получила по своей ладони удар.

Хмурая бабуля отступила на несколько шагов.

- Не трогай меня! – села за туалетный столик она, - сколько раз тебе нужно это говорить?!

Рыжая пожала плечами.

- Соскучься по мне до следующего раза так, чтобы я приехала и смогла тебя обнять, - улыбаясь направилась на выход она, - передай Омиллону, что запирать друзей в шкафу – такая себе идея. Именно поэтому Зиг-ги соврал тогда, когда я попросила.

- Зачем ты его вообще оттуда выпустила? – буркнула Агератум, - погоди, почему передать должна я, если ты…

Рыжей уже не было в комнате.

Туман!

- Что значит ты отказываешься от брака с ней?! – снова рыскал по комнате тот Владыка.

Только теперь он делал это перед собственным сыном.

- Мне висталки предсказали, что я должен это сделать! – верещал принц, - она мне даже песню спела! Сказала, что моя судьба другая, а эта дрянь…

Пощечина! Отец сел перед ним на корточки.