Сердце бога

- Нельзя! – буркнула, но тут же опомнилась, - а-э-э… в смысле, у меня для тебя кое-что есть, пока эти три чертяги… - неразборчивое бурчание, параллельно с тем, как она копалась у себя в… декольте.

Я пыталась удерживать себя от негатива.

- Вот! – воскликнула девушка, вытащив на свет лампочки…

- Печать… - шепнула я, вспоминая то, как выглядела та круглая штука после смерти самой сестры Князя.

Такая же.

- Правила, - схватила меня за руку висталка, - первое – мужу не показывай. Я сокрою, но если проговоришься ему – не так страшно, получу я.

Она вложила в мою опешившую руку медальон и начала вжимать с силой и легким покалыванием.

- Второе – ты ничего не знаешь, выглядишь как самая тупая рыбка и, если спросят про печать, то ты такая «А что это? Печать? Это которая в детстве Цветочки отпечатывала? У меня такой нет, но я бы не отказалась».

Я не сдержала улыбку. Откуда она это знает? Я лет в десять такую хотела.

- Третье, - серьёзный тон, - чувствуешь остановку времени – замираешь.

- Что? – проронила я.

На ладони красовалась чёрная «метка».

- Как сейчас, - шикнула она.

По телу прошла волна холода.

- Глаза тоже не должны шевелиться, - комментировала мой ступор она, - Лесси, спалишь меня – получим обе.

- Зачем это? – почувствовала тепло во всём теле я.

Она опять… как она там сказала? Вернула ход времени?!

- Элли, - открыл дверь рывком Кери, - нарушение. Четыре секунды.

Она растеклась в улыбке.

- Как ты долго шел, - хихик, а после, - Виктор, солнышко, мы же тут как девочки стояли болтали, а ты мешаешь.

Постный Кери медленно и жутко перевёл взгляд на меня, всматриваясь будто… внутрь.

- Элла, - начал было он.

- Вот чего вы все здесь собрались? – закатила глаза на выглядывающих нас мужчин с этой квартиры, - хотела по-тихому, а вы… у Лесси была козюлька! – максимально громко, - я постеснялась ей сказать прямо. А то она ещё засмущается, расстроится или… того и гляди заплачет!

У меня пропал дар речи.

- Поэтому я решила пойти против правил, остановить… ах, да мы такое не говорим. Так вот – сделать то, что сделала, и убрать козюльку по-тихому… а вы подняли кипишь и… интересно вам?! Идите отсюда!

Папа с Филом, посмеиваясь, направились по делам. Ру цепко залез на шею к Кери и остался с нами.

- Та, что принадлежит Вольтеру? – спросил, сузив глаза на Эллу, Виктор.