Разожги мой огонь

— Про сам обряд знаешь?

— Знаю, — прошелестела так тихо, что думала — и не услышит.

Услышал.

— И что же тебе известно, невеста?

— Женой должна тебе стать. А как стану, так той же ночью… — голос сорвался, и жаром окатило, стоило себя в объятиях хозяина вулкана представить. Так и не смогла продолжить, да жених и не требовал.

— Жрец правду говорил?

Непонимающе смотрела на хозяина вулкана, пока не пояснил:

— Невинная жертва. Или и тут соврали? — хмыкнул невесело.

— А ежели не невинная, назад отошлешь? — Губы хоть и шевелились, а вот слова с них срывались с трудом, потому как внутри все от страха трепетало.

Молчание хозяина вулкана бесконечным казалось. Он и стоял не шевелясь, только по глазам и было видно, что живой.

— От той, что мужней уже была, пользы в брачную ночь больше, — произнес, дрогнув углами губ.

Почувствовала, как к щекам сухой жар прилил.

— Выходит…

— Не отошлю. Сказал уже: жертву принял. Мое слово крепкое. Но согласие твое подтвердить требуется.

— Подтвердить? Так ведь тут я, перед тобой стою. Не сбегу, не откажусь. Слово мое столь же крепко, как и твое.

— Не мной придумано, не мне и отменять, — дернул плечом.

— И каким же образом это подтвердить должна? — почти прошептала.

— Способ старый и проверенный, — произнес хозяин вулкана, и в голосе его мне почудилась горькая насмешка. — Поцелуй мне подари, невеста.

Глава 3

Поцелуй…

Закусила губу, растерявшись. Ну и что ж в том такого… Целовала ведь Торвина, супруга своего.

— Что, прошу много? — хмыкнул. — Но таков уговор. Часть обряда.

— Тебе надо, вот ты и целуй, — буркнула, чувствуя, как опять озноб тело охватывает. Только вот на этот раз и не от холода вовсе.

— Я-то поцелую, но о пощаде не моли. Слышала, верно, что поцелуй хозяина вулкана как лава жжет.

Посмотрела на него, поняла, что не шутит.

— Не надо, — поспешила отказаться. — Я… я сама.

Сделала шажок ближе, привстала на носочки, чтоб дотянуться, обхватила лицо хозяина вулкана ладонями. Подушечками пальцев провела по колючей щетине. Кожа у него оказалась горячей, а может, это меня лихорадило. И пахло от хозяина вулкана по-особому, тепло: ароматным дымом, тлеющими углями и смолой. Вдохнула поглубже — запахи уж больно знакомыми казались.