Разожги мой огонь

Ахнула, метнулась к печи, заслонку отодвинула, схватила лопату, вынула хлеб, аккуратно переложила на блюдо большое и грохнула на стол перед хозяином вулкана. — Плохого не замышляла. Только и хотела хлебом тебя угостить. У нас в селении принято жениха хлебом встречать.

— Я тебя о том не просил, — был ответ. И ничего в лице хозяина вулкана не изменилось.

Сорвала полотенце, бросила его на стол и после того с кухни ушла.

Поднималась по лестнице, а возмущение изнутри так и жгло. Жалко ему, что ли? Сколько мне на этом свете осталось: два дня, три? Чудовище из-под горы, оно чудовище и есть!

От быстрого шага закашлялась, да так, что пришлось на каменных ступенях усесться, чтоб приступ унять.

Когда отпустило, вернулась в покои и сделала глоток микстуры. Кашель недовольно поворочался в груди, но не улегся, а с новой силой напал. Поскорее бы уж обряд свершился, чтоб и эти мучения позади остались. Подошла к камину — от жара кашель не так мучил. Мне и на кухне легче дышать было, не приди жених мой да не выгони.

Поминая нехорошими словами хозяина вулкана, растирала и растирала грудь, чтоб смягчить боль.

***

— Тут я, хозяин, туточки, — Огневик, кряхтя, из печи выбрался.

Редрик сложил руки на широченной груди и смотрел на него сердито.

«Плохо дело», — решил дух.

— Зачем ей позволил тут хозяйничать?

— Заспался маленько, — виновато протрещал Огневик, — день-то вчера, того-самого, долгий был. А я пока людей из долины дожидался, пока они костер жертвенный разжигали, пока все положенные слова жрец их говорил, — в этот раз болтливый уж больно попался — на сквозняке вон сколько времени простоял, аж.

..

— Кухня — твоя вотчина, — прервал Редрик, — вот и хозяйничай. А девица пусть другим чем займется.

— Отчего ж ей печь не позволить, раз охота такая есть у нее?

— Оттого, что ей с прошлой жизнью проститься следует, а как она с ней проститься, ежели будет здесь вертеться? — Редрик не мог не заметить, что платье на невесте ее собственное. Отвергла дары хозяина вулкана.

— Так ведь, хозяин, может статься, ей как раз легче-то и будет, ежели она чем привычным займется.

..

— Глупости не говори. Проходили это уже. Раду вспомни.

Огневик протрещал что-то невнятное. Раду он хорошо помнил. Слезами девица могла не только вулкан затопить, а и все долины окрест.

— Да ведь не похожа на безумную нынешняя-то невеста.

— Чтоб больше здесь ее не видел, — отрезал Редрик и вышел из кухоньки, хлопнув дверью так сильно, что стол каменный едва ль не подпрыгнул.