Я у мамы зельевар. Держись, столица!

Кстати, интересно, где сейчас Эдгар? По идее, либо в Ридзене, либо где-то в командировке.

Меня вывели из подземелий, проводив во вполне приличный кабинет. Очень похожий на те, что в управлении, только вот мебель явно высшего класса. Всё сдержанно, мрачненько. Это, видимо, чтобы преступники проникались атмосферой и скорее каялись во всех своих грехах.

В кабинете уже находился парень с записывающим артефактом. Ага, значит, все мои показания запишут. Уже неплохо.

Уголком глаза изучила парня. Молодой, стройный, белокожий.

Черные длинные волосы собраны в хвост. Одет вроде скромно, но заметно что всё куплено не за пару монет. И глаза. Вроде бы карие, но когда поворачивает голову, то в них вспыхивают красные искорки. Кто же ты такой?

– Прошу, – произнес Саар, указав на стул, достаточно жесткий и неудобный, словно его сделали из почерневших костей бялтов. – Начнем с того, как вы познакомились с панной Межгинес.

Мне понадобилось только несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Ведь это действительно важно.

Я понимала, что кроме правды, рассказывать нечего, но ведь все зависит от того, что захотят услышать «Каралис вилкс».

«Кстати, у парня нет эмблемы на одежде, – вдруг мелькнула мысль. – То ли так хорошо спрятана? Но зачем?»

– Дзидра Межгинес пришла в мою лавку два дня назад…

Ведь рассказ не занял много времени. Я постаралась не упустить ни одной детали. Не знаю, чего добиваются вилксы, но мне нужно озвучить свою версию и стоять на ней во что бы то ни стало.

Когда я закончила, повисла тишина.

Саар сидел, глядя в сторону камина. Там потрескивал огонь. Несмотря на лето, здесь было холодно. Я поначалу недоумевала, но потом сообразила: это всё эффект от артефактов, замораживающих магию Янтарного союза. На самих служителях короля должны быть какие-то артефакты, отталкивающие эту заморозку.

– Складно, – произнес брюнет.

– Правду говорить легко и приятно, – смело ответила я.

На красивых губах молодого человека появилась загадочная улыбка. Я невольно вцепилась в стул, потому что голова начала идти кругом.

Просто вот смотришь в эти глаза и понимаешь, что теряешь ориентиры. А он только стоит и чарующе улыбается.

– Пан Вадатайс, прошу до приговора суда не использовать своего дара, – немного резче, чем ожидалось, сказал Саар.

Тот закатил глаза. Морок рассеялся. А я невольно сжалась.

Вадатайс? Это же лесной дух, заводящий путников в чащу к бялтам. Считалось, что именно вадатайсы в дружбе с бялтами.