Я у мамы зельевар. Держись, столица!

– Да, Ядвига, у меня просьба: можешь это передать Раде?

– Могу, – кивнула я. – А почему сам не передаешь?

– Дела, – коротко ответил он, и пока я пыталась сообразить, почему именно, Айварас был уже у выхода. – Хорошего дня! Пани Василине привет!

– Айварас! – крикнула я.

– Смылся, – удовлетворенно произнес Муррис. – Слава Златовласой, что и зеленую свою гадость забрал с собой. Кстати, Ядвига, в следующий раз давай договариваться, а не сразу подло вступать в сговор с некромантами?

Я хмыкнула:

– Ты первый начал, поэтому теперь не изображай оскорбленное достоинство.

Кот хотел было что-то сказать, но потом явно передумал. В данном случае я права по всем статьям, поэтому лучше не выпендриваться.

Прижимая к себе Мурриса одной рукой, я спрятала пакет для Рады, как вернется с пани Василиной из похода на рынок, так отдам. А пока что…

– Дорогой мой Муррис, готов ли ты отдаться в мои нежные руки во имя науки и грязного обогащения?

Кот уже собрался было принять позу, но тут раздалось хихиканье Бунжика.

В итоге ушло около сорока минут, чтобы засунуть Мурриса в формовой гель. Он совершенно безвреден, на шерсти не остается, но кот был свято уверен, что я собралась его убивать.

Он царапался, кусался, призывал на мою голову все кары небесные (в том числе почему-то и про шерсть, которая не должна быть мягкой и шелковистой) и… короче, всячески и напоказ страдал.

При этом печалью для него был не гель, а миска с теплой водой, в которой я отмывала своего фамильяра.

– Спасибо, шерстью богиня не наградила, – выдохнула я, заматывая его в полотенце в цветочек.

– А это рыжее что? – ехидно вопросил он.

– Волосы, – спокойно ответила я.

Уф, тяжеленький. Кто-то стал жрать в два раза больше с тех пор, как мы перебрались в столицу. Объяснял это тем, что тут очень много неизведанного, поэтому надо как можно быстрее всё изучить. А на изучение уходит много энергии!

– Волосы – это тоже шерсть, – не растерялся он.

Спорить бесполезно, у него все дети – котята. И не переубедишь. Однако меня озадачило другое:

– С чего это ты так забеспокоился об этом?

– Ну, я же не такой бесчувственный и черствый, как ты, – сообщил Муррис и тут же зашипел, когда я ткнула его в бок.